Для ТЕБЯ - христианская газета Форум Для ТЕБЯ
forum.ForU.ru
 
Начало О нас Статьи Христианское творчество Форум Чат Каталог-рейтинг
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация  ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Уилсон - Квантовая психология
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Начать дискуссию   Ответить на тему    Список форумов Форум Для ТЕБЯ -> Нехристиане и христиане

Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Вт Апр 15, 2014 5:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Пелевин - Бэтман Аполло

Цитата:
"Про любовь, которая сильнее смерти.
Про тот свет и эту тьму.
Загадки сознания и их разгадки.
Основы вампоэкономики.
Гинекология протеста.
Фирма гарантирует:
Ни слова про болотную!
Впервые в мировой литературе:
Тайный черный путь!
Читайте роман "Бэтман Аполло" и вы узнаете все, что должны узнать"


Полностью - тут (стр., сколько помнится, указывала отсюда):
http://book-online.com.ua/read.php?book=7993
аудиокнига
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4467001


“Превратить слово «либерализм» в самое грязное национальное ругательство — означает, по сути, маргинализировать целую нацию, отбросив народ на обочину мирового прогресса.’ - Виктор Пелевин

***
«Звери спят и только йожег продолжает аццкий отжиг…»

***

Страница номер 61
— Как вы пришли к такому выводу? — спросила Гера.

— Постепенно, — ответил Дракула. — Началось, конечно, с зависаний в хамлете. Мы все этим грешим, но я зависал в нем не просто на несколько часов. Я мог провести там несколько недель, месяц… Странное безмыслие, где полностью исчезают время, тело и ощущение себя, было самым отрадным в моей жизни. Из-за этого я даже не всегда находил время, чтобы грешить с женщинами. И я задумался — что же происходит в хамлете? Я стал исследовать этот вопрос.

— Каким образом?

— Перво-наперво я попытался понять, с чем связано состояние безмыслия, которого достигает вампир. Я решил выяснить, вампирическое это переживание или человеческое.

— Конечно, вампирическое, — сказала Гера. — Человек может висеть вниз головой сколько угодно — но ничего кроме головной боли из этого не выйдет.

— Правильно, — согласился Дракула. — Поэтому я попытался войти в то же состояние не как вампир, а как человек. То есть не свисая с жерди вниз головой, а сидя на земле головой вверх. И после многолетних опытов с медитативными практиками разных религий мне это удалось. Людям уже много тысяч лет известно то состояние, в которое вампир приходит в хамлете. Они называют его «джаной».

Поддержать разговор на букву «Д» я не был готов.

— Джана? — спросила Гера. — Никогда не слышала.

— Это состояние крайней сосредоточенности, или поглощенности, которого достигает созерцатель. Его, например, практиковал исторический Будда — как до своего просветления, так и после. И это одна из немногих вещей, которые про него известны. Вы хорошо знаете, что это. Происходящее с нами в хамлете — это нечто среднее между третьей и четвертой джаной. Но вампиры и люди входят в поглощенность по-разному. Нам для этого достаточно просто повиснуть вниз головой, и магический червь, контролирующий мозг, сам приводит вампира в абсорбцию. Мы перестаем ощущать тело уже через несколько минут после того, как повисаем на перекладине. А человеку нужно долго, иногда не один десяток лет, тренироваться в концентрации. И то не факт, что он научится достигать джан. Но итог примерно один и тот же — и человек, и вампир приходят в состояние тончайшего блаженства, потому что личность со своим клубком мыслей и проблем куда-то исчезает…

Это было похоже на правду.

— Мало того, — продолжал Дракула, — я понял, что и во время второго нашего таинства — Красной Церемонии — происходит то же самое. Когда вампир переживает действие баблоса, полностью исчезает тот, с кем это происходит. Все остается, а вас в этом нет, и это прекрасно… То, что мы считали собой и другими — лишь легкая рябь на создавшем нас океане бытия…

Слова Дракулы идеально передавали мой собственный опыт.

— Из всего перечисленного следовал странный вывод. Оказывается, высшую радость вампиру приносит не его скрытая власть над людьми и их миром, а возможность на некоторое время исчезнуть. Избавиться от самого себя. То же самое в полном объеме относится к людям. Причем не только к впадающим в джану медитаторам, но и к самым простым обывателям, ложащимся вечером спать…

Он опять был прав. Мне и самому это приходило в голову. Свешиваться с перекладины в хамлете было почти так же приятно, как укладываться спать после тяжелого дня. Расслабляло и радовало предвкушение, что вот прямо сейчас, через минуту или две, все проблемы исчезнут и на их месте не появится никаких новых…

— Это меня поразило, — продолжал Дракула. — Я задал себе вопрос — что же такое мое «я», если избавление от него даже на короткий срок ведет к такому блаженству? И я узнал ответ. Но на это ушла почти вся моя жизнь. Мне было очень, очень сложно…

— Почему? — спросила Гера.

— Дело в том, что у нас, вампиров, есть ложное чувство всемогущества. Мол, достаточно щелкнуть языком, и любое человеческое переживание будет нашим.

— А разве это не так?

— Нет, не так, — сказал Дракула. — Это касается только тех переживаний, которые мы регистрируем как нечто новое, острое и интересное. А самые глубокие из человеческих переживаний связаны как раз с отказом от погони за стимуляцией чувств. Они для нас практически невидимы.

— Вы говорили, что все выяснили про «я», — напомнил я. — Что же именно?

— Это я сама знаю, — сказала Гера. — И не надо объяснять. «Я» — это то, что я чувствую прямо сейчас…

Дракула поглядел на нее с интересом.

— Если вы думаете, что я совсем дурочка, то зря, — продолжала Гера. — Вы Раману Махарши читали, саду? Есть истинное «я» и ложное «я». Ложное «я» — это эго. А истинное «я» — это сознание. Оно вечно.

Дракула закрыл глаза — и мне вдруг показалось, что он глядит на нас другой парой глаз — выпуклых и синих, без зрачков. Это был страшноватый взгляд.

— Девочка, — сказал он, — во-первых, запомни, что никакого «сознания» не бывает. Во всяком случае, самого по себе. Бывает регистрация различных феноменов нервной системой. Это процесс, в котором каждый раз участвует много элементов. Нечто вроде костра, для которого обязательно нужны дрова и воздух. Костер определенное время горит и потом гаснет. От одной головешки можно зажечь другую. Но нет никакой «огненной стихии» или «элемента огня». Есть только конкретные, как сказал бы пожарный, случаи временного возгорания. И это относится как к Вечному огню у вас на Красной площади, так и к абстрактной идее огня в твоей голове. Все имеет причину, начало и конец. Понятно?

Гера сделала странное движение плечами — то ли соглашаясь, то ли просто стряхивая с себя слова Дракулы.

— А во-вторых, то «я», которое ты чувствуешь прямо сейчас, возникает лишь на тот самый миг, который ты называешь «прямо сейчас». Но в течение своего краткого существования это «я» уверено, что именно оно было и будет всегда. Исчезает оно незаметно для самого себя. И после его исчезновения не остается никого, кто мог бы заметить случившееся.

— «Я» никуда не исчезает, — сказала Гера. — Оно есть всегда.

— Большую часть времени, — ответил Дракула, — никакого «я» вообще нет. Его нет ни во сне, ни когда вы ведете машину по трассе, ни когда вы занимаетесь размножением. Оно возникает только в ответ на специфические запросы ума «Б» — что «я» по этому поводу думаю? Как «я» к этому отношусь? Как «я» должен поступить? И каждое новое «я», возникающее таким образом на долю минуты, уверено, что именно оно было всегда и всегда будет. Потом оно тихо исчезает. По следующему запросу возникает другое «я», и так до бесконечности. Все, что случается с нами в жизни — происходит на самом деле не с нами, а с настоящим моментом времени. Наши «я» — это просто его фотографии.

— Но мы же помним себя, — не сдавалась Гера. — Вот эта память и есть наше «я». Мы помним, какими мы были.

— Сказать, какими были прежние «я», невозможно, — сказал Дракула. — Память о них отредактирована. Человек является только своим мгновенным «я». И в его существовании есть большие интервалы, когда это «я» просто отсутствует, потому что в нем нет необходимости для выживания физического тела. Эти паузы ничем качественно не отличаются от смерти. Именно поэтому поэты говорят, что смерти нет. Когда человек думает — «я кончусь», «я умру» — кончится только эта мысль. Потом будет другая, потом третья. Или не будет. Вот и все.

Страница номер 62

— Почему тогда никто этого не понимает? — спросил я.

— Потому что понимать некому. Как мгновенное «я» может понять свою зыбкость, если в его распоряжении каждый раз оказывается вся телесная память? Оно решает, что все запечатленные там события происходили именно с ним. На первый взгляд, это логично — раз оно помнит, значит, оно было всегда. Но на самом деле…

Дракула задумался.

— Что? — спросил я.

— Это как если бы голем, созданный для визита в библиотеку, считал, будто ходил в поход с Александром Македонским, потому что ему на полчаса выдали книгу Арриана «Поход Александра». С этим големом просто нет смысла спорить — спор выйдет длиннее, чем вся его жизнь. У множества хаотично возникающих «я» есть только одна общая черта — каждое имеет уверенность в своей длительности, непрерывности и, так сказать, фундаментальности. Любое моментальное существо убеждено, что именно оно было вчера и будет завтра, хотя на деле его не было секунду назад — и через секунду не будет опять.

— Вы хотите сказать, что наши «я» вообще друг с другом не связаны?

— Почему. Можно сказать, эти «я» наследуют друг другу. Как бы передают отцовский дом сыну. А иногда и случайному прохожему. Но каждому жильцу кажется, что он жил в этом доме всегда, потому что он действительно жил в нем все свое короткое «всегда». И таких Иванов Денисовичей, Рама, в каждом твоем дне больше, чем дней в году…

Кажется, фраза про Ивана Денисовича была цитатой из Чехова. Но особого смысла в ней не было — Дракула скорей всего приводил пример из нашей локальной культуры просто из галантной вежливости.

— Но ведь у всех людей есть устойчивые повторяющиеся состояния, — сказал я. — То, что мы называем «маршрут личности»! Это знает любой вампир, который заглядывал в чужую душу.

— Правильно, — согласился Дракула. — Возникающие в одном и том же доме бесконечные личности просто в силу его архитектуры постоянно ходят по одному и тому же маршруту. Все машины, которые едут по Оксфорд стрит, едут именно по Оксфорд стрит, а не по Тверской улице. И за окнами у них одинаковый вид. Но это разные машины, Рама. Хотя ты прав в том, что разница между ними невелика. Наши «я» цикличны и зависят от пейзажа. Они так же мало отличаются друг от друга, как бесконечные поколения амазонских индейцев или тамбовских крестьян. Массовые убийцы рождаются в человеческих умах достаточно редко. Но зато их долго помнят. Хотя, конечно, полицейские ловят и отдают под суд уже кого-то совсем другого.

— Значит, мы заняты самообманом? — спросила Гера. — И люди, и вампиры?

— Я не стал бы называть это самообманом, потому что здесь нет обманутого. Но на этом механизме основано большинство свойственных человеку заблуждений насчет «себя» и «мира». Попытка пробудиться от такого состояния и есть суть древних духовных практик. Но сделать пробуждение устойчивым сложно по довольно комичной причине. Надолго понять, что в человеке нет настоящего «я», некому. Любое «я», которое это понимает, через миг сменяется другим, которое об этом уже не помнит. Или, еще смешнее, уверено, что помнит — и считает себя просветленным «я», которое теперь может преподавать на курсах «познай себя».

— Так можно проснуться или нет? — спросил я.

— Просыпаться некому. Это и есть то единственное, что понимаешь при пробуждении.

— А потом? — спросила Гера.

— Как правило, засыпаешь снова. В мирской жизни есть только зомбический транс, бесконечная череда ложных самоотождествлений и смерть…

Гера угрюмо молчала.

Я давно заметил, что женщины терпеть не могут болтовни о нереальности человека. Может, в силу своей биологической функции? Они ведь рожают детей, а это тяжелое болезненное занятие делается еще и довольно глупым, если вокруг одна иллюзия. Но раньше я не знал, что эта женская черта характера сохраняется даже в лимбо.

Я почувствовал, что мне пора вмешаться в разговор.

— Вы говорили, что решили исследовать природу и назначение «я», — напомнил я. — С природой, допустим, ясно. А в чем тогда его назначение?

Дракула повернулся ко мне.

— Я задал себе этот же вопрос, — сказал он. — Зачем возникают все эти бесчисленные мгновенные «я»? Чем они заняты?

— И что же вы выяснили?

Дракула вздохнул.

— Они заняты тем, Рама, что страдают, испытывая ту или иную форму неудовлетворенности. И стремятся ликвидировать эту неудовлетворенность. «Я» никогда не находится в покое. Оно всегда борется за свое счастье. Именно для этой борьбы оно и появляется каждый раз на свет.

— Правильно, — согласилась Гера. — Все классики-гуманисты утверждали, что природа человека заключена в постоянном поиске счастья.

— Но есть закон Гаутамы, — сказал Дракула, — открытый двадцать пять веков назад. Когда никаких классиков-гуманистов еще в проекте не было. Он гласит: «любое движение ума, занятого поиском счастья, является страданием или становится его причиной».

— Это неправда, — сказала Гера. — Радость жизни как раз в движении к счастью. От плохого к хорошему. Если бы мы не хотели хорошего, его бы просто не было в жизни. А оно есть. Разве нет?

Дракула усмехнулся.

— Хорошее, плохое. Кто назначает одни вещи плохими, а другие хорошими?

— Ум «Б», — сказал я.

— Именно. А зачем, по-вашему, он это делает?

Я пожал плечами.

— Объясните.

— Объясняю, — ответил Дракула. — Фигурально выражаясь, мы можем использовать свой ум двумя способами. В качестве молотка — и в качестве компаса.

— В качестве молотка? — спросил я. — Это что, головой гвозди забивать?

— Зачем головой. Если человек хочет забить в стену гвоздь, он представляет себе это действие в уме, а затем осуществляет его на практике. При этом он использует ум просто как рабочий инструмент — примерно как молоток…

Дракула перевел глаза на Геру.

— А вот если человек «ищет счастья», — продолжал он, — то он использует ум как компас. Стрелки которого показывают «плохое» и «хорошее», «счастье» и «несчастье». Именно в этом заключена причина всех проблем. Вы Боба Дилана слушаете? Он совершенно гениально сформулировал: «Every man’s conscience is wild and depraved — you cannot depend on it to be your guide, when it’s you who must keep it satisfied»… [20] Понимаете? Это сумасшедший компас, который вы должны постоянно питать своей кровью. Ум устроен так, что страдание возникает в нем неизбежно.

При слове «кровь» Гера поморщилась.

— Почему? — спросила она.

— Потому что он занят поиском счастья. А ум, гонящийся за счастьем, может двигаться только в сторону сотворенного им самим миража, который постоянно меняется. Никакого «счастья» во внешнем мире нет, там одни материальные объекты. Страдание и есть столкновение с невозможностью схватить руками созданный воображением фантом. Что бы ни показывал этот компас, он на самом деле всегда указывает сам на себя. А поскольку компас в силу своего устройства не может указать на себя, его стрелка все время будет крутиться как пропеллер. Зыбкие образы счастья созданы умом — а ум, гонящийся за собственной тенью, обязательно испытает боль от неспособности поймать то, чего нет… И даже если он ухитрится поймать свое отражение, через секунду оно уже не будет ему нужно.

Страница номер 63

— Мы как-то скачем с одного на другое, — сказал я. — Скажите, «я» и ум — это одно и то же?

— Да, — ответил Дракула, — конечно. «Я» возникает в уме. Или можно сказать, что ум становится этим «я». Ум «Б», как ты правильно заметил. Ум, опирающийся на язык и создающий человеческие смыслы и цели.

— Но если никакого «я» нет, выходит, никакого ума тоже нет?

К моему удивлению, Дракула кивнул.

— Именно. Никакого ума, отдельного от этой погони за счастьем, не существует. Сам ум и есть эта погоня. Нечто, возникающее на миг лишь для того, чтобы погнаться за собственной тенью, испытать страдание от невозможности ее догнать, а затем незаметно для себя исчезнуть навсегда. Следующий ум будет гнаться уже за другой тенью — и страдать по-другому. Но исчезнет он точно так же незаметно, как бесчисленные умы, возникавшие до него.

— У вас получается, — нарушила молчание Гера, — что ничего на самом деле нет, но все невыразимо страдает.

— Так оно и есть, — согласился Дракула с безмятежной улыбкой. — Лучше не скажешь.

— Никто из вампиров с этим не согласится, — сказала Гера. — Даже люди, которые чего-то достигли, не согласятся. И скажут, что они еще как есть и при этом вполне счастливы.

— Ну, мало ли кто что скажет, — махнул рукой Дракула. — Вампиры закомплексованы настолько, что уже много веков не позволяют себе свободно думать. А люди этого вообще никогда не умели. Мало того, сегодняшний рыночный этикет требует от продавца рабочей силы все время улыбаться под угрозой увольнения. Люди не понимают, что постоянно кричат от боли. А если кто-то и поймет, он даже самому себе не решится признаться в таком глубоком лузерстве.

— Как это люди не понимают, что кричат от боли?

— А как они могут понимать? Люди не помнят, что с ними в действительности происходит минута за минутой, потому что у них нет привычки наблюдать за собой. И каждая новая личность не помнит ту, которая страдала на ее месте три минуты назад. Люди настолько глубоко погружены в страдание, что научились считать «счастьем» тот его уровень, когда они еще способны растянуть лицо в требуемую приличиями улыбку. Человек вынужден ломать этот идиотский спектакль даже в одиночестве, поскольку в его внутреннем измерении нет вообще ничего кроме контролирующих его мысли и эмоции социальных имплантов, которые он с детства принимает за себя…

Я чувствовал, что Дракула начинает не на шутку злить Геру, словно он постоянно оскорблял самый сокровенный слой ее сознания — уже не женское, а нечто еще более глубинное, великомышиное. Следовало повернуть разговор в более спокойное русло.

— Многие религии считают, что в людях есть нечто глубинное и неизменное, — сказал я. — Душа. Которая переживает разные настроения и состояния, но в целом предназначена для вечности.

Дракула кивнул.

— Ага. Вот, например, у нас есть устройство, которое мы называем «воздушный шар». Мы предполагаем, что его задача — полететь к небу. Но вместо этого оно год за годом исправно стрижет газон. А остальное получается не очень. В таком случае резонно предположить, что перед нами на самом деле газонокосилка, разве нет?

— Хорошо, — сказал я. — Но зачем существует эта газонокосилка? Зачем нужна эта постоянно сочащаяся страданием иллюзия в самом центре человеческого бытия?

Дракула поглядел на меня с некоторым, как мне показалось, недоверием.

— Ты разве еще не понял? — спросил он.

Я отрицательно покачал головой.

— Я знаю, куда он клонит, — сказала Гера. — Он хочет сказать…

— Страдание, сочащееся из иллюзии, и есть наша пища, — сказал Дракула. — Вернее, теперь уже ваша пища. Вампиры питаются не неким абстрактным «агрегатом М5», как вы это политкорректно называете. Они питаются болью. По своей природе агрегат «М5» является страданием, которым кончается практически любой мыслительный акт ума «Б».

— Но нас учат, что агрегат «М5» — это то же самое, что деньги, — сказал я растерянно.

— Правильно, — согласился Дракула. — А деньги — это то же самое, что боль. Они имеют одну и ту же природу. Люди всю жизнь корчатся от боли в погоне за деньгами. А иногда могут ненадолго откупиться от страдания с их помощью. Что же это тогда еще?

— Я не могу поверить… — начала Гера.

Дракула поднял ладонь, словно прося ее не трудиться.

— Вампиры никогда не любили говорить о том, что они питаются человеческим страданием. Но в наши дни они дошли до того, что даже запрещают себе это понимать. Они уверяют себя, что питаются просто неким специфическим продуктом ума «Б», который называют то агрегатом «М5», то «баблосом». Но разве содержимое коробки зависит от ярлыка? Баблос и есть концентрированное человеческое страдание. Вся гламуродискурсная вампоэкономика, которой учат молодых вампиров, существует только для того, чтобы не называть лопату лопатой. Это просто фиговый листок, скрывающий неприглядную истину.

— Это звучит почти как blood libel, — сказала Гера. — Не знай я, что передо мной сам Дракула…

— Я называю вещи своими именами, — ответил Дракула. — И рассказываю о своей духовной эволюции так, как она происходила. Если вам не интересно, я могу замолчать.

— Нам интересно, — сказал я. — Продолжайте, пожалуйста.

— Когда я понял, что человек — это просто фабрика боли, я задумался, приходил ли кто-то до меня к такому же выводу. И сразу же выяснил, что такой человек — именно человек, а не вампир — уже жил на земле. Это был Сиддхартха Гаутама, известный как Будда. Я решил исследовать его учение и обратился к древним текстам. Однако здесь меня ждало разочарование. Слова Будды были впервые записаны только через пятьсот лет после того, как были произнесены. До этого они передавались устно. Очень трудно было отделить его подлинное учение от позднейших наслоений. Однако я заметил одну странную вещь. Будда никогда не отвечал на вопрос, почему существует сочащийся страданием мир, хотя такие вопросы ему задавали не раз. Он говорил, что для раненного стрелой неважно, кто ее выпустил — важно ее вынуть. Это меня поразило. Тут, извиняюсь, нарушена элементарная логика — как же неважно? Пока мы будем вынимать одну стрелу, он другую выпустит… Я сразу подумал, что у Будды был какой-то договор с вампирами древности. И скоро нашел доказательства. Но не в человеческих документах, разумеется, а в сохранившихся препаратах из старых вампотек.

— А где они сохранились? — спросил я.

— Теперь ничего уже не осталось, — сказал Дракула. — Вампиры умеют заметать следы. Но я обнаружил на Шри-Ланке следы древней ДНА, которые позволили мне заглянуть в историю Будды. И я узнал, что именно произошло две с половиной тысячи лет назад…

Дракула замолчал, словно раздумывая, говорить ли дальше.

— Пожалуйста, продолжайте, — попросил я.

— Будда мыслил почти так же, как я — только с человеческих позиций. Он рано постиг, что жизнь полна страдания. Одновременно он увидел, что единственным источником этого страдания является человеческий ум. Логика Будды была простой. Если ум — это орган, вырабатывающий страдание, следовало установить, какие именно движения ума его вызывают. Будда исследовал этот вопрос и пришел к выводу, что страданием являются все движения ума «Б» без исключения.

Страница номер 64

— А удовольствие? — спросила Гера.

— Редкие моменты удовольствия есть просто фаза страдания. Удовольствие, как червяк на рыболовном крючке, служит для того, чтобы глубже вовлечь ум в боль… Это был очень смелый для того гедонистического времени вывод. Смелый и дерзкий. У этого вывода не было никакого разумного объяснения, потому что Будда тогда еще не знал о существовании вампиров, создавших ум «Б» в своих целях. Поэтому он решился на то, чего не делал прежде никто из людей. Он остановил все возникавшие в уме «Б» процессы. Не просто подавил их, а отвернулся от всех эмоциональных и смысловых потоков, протекавших через него — вышел, как бы сказали сегодня, в полный офф-лайн. Вампиры пытались остановить его, но не смогли.

— А как они вообще узнали, что он этим занимается?

— В те времена вампиры не были сегодняшними гламурными червями. Они обладали реальными магическими способностями. Нашим координатором по Индии был вампир по имени Мара. Он обладал всеми мыслимыми и немыслимыми магическими умениями, которые приобрел главным образом с помощью хамлет-йоги…

— Это что такое? — спросил я.

— Меняя позу, в которой ты висишь вниз головой, можно развивать такие свойства как ясновидение, способность проникать в чужой ум на любом расстоянии и так далее.

— Только не проси показать, Рама, — сказала Гера как раз в тот момент, когда я собирался об этом попросить. — Продолжайте, саду.

— Многие не понимают, как древнеиндийский аскет смог победить продвинутого вампира, обладавшего магическими силами. Дело в том, что любой маг способен действовать на чужое сознание только через проявляющиеся там интенции и мысли. Мара мог победить любого соперника, но требовалось, чтобы этот соперник был. А Будда вовсе не пытался взять ум под контроль. Он просто полностью ушел из области «Б». И Маре негде было проявить свои магические силы — ибо вампиры властны только над умом «Б».

— Что случилось дальше? — спросил я.

— После того, как ум «Б» полностью остановился, Будда увидел то, что было за его пределами, и постиг находящееся вне слов… — Дракула поглядел вдаль и еле заметно улыбнулся. — К сожалению, у меня нет возможности рассказать, что это было…

— Я почему-то не верю, — сказала Гера, — когда говорят про находящееся вне слов. Мне кажется, что меня просто дурят.

— Это не так, — ответил Дракула. — Многие вещи невыразимы просто потому, что не связаны с работой ума «Б». Их нельзя описать, поскольку они не представлены во второй сигнальной системе с заложенным в ней делением на «я» и «не-я». Если разобраться, наши переживания становятся неописуемыми уже с того момента, когда перестают быть нанизанными на слова. А Будда пошел неизмеримо дальше. Он увидел бесконечное поле невербальных реальностей, скрытых до этого за водопадом мыслей. Он увидел то, что находится до сознания и после него. Он увидел тех, кто создал людей — то есть вампиров. Мало того, он увидел того, кто создал вампиров. И многое, многое другое. А вампиры увидели его…

— Кто создал вампиров? — спросила Гера.

Дракула развел руками.

— Как вы знаете, вампиры обычно употребляют выражение «Великий Вампир». Но эти слова только дезориентируют.

— Его что, можно увидеть?

Дракула кивнул.

— Но это будет совсем не то, что ты ожидаешь, — сказал он. — И в любом случае об этом бесполезно говорить.

— Что случилось дальше? — спросил я.

— Будда заключил с вампирами тайный договор. Договор заключался в следующем — Будда обещал не разглашать правду про цель существования человека и его подлинных хозяев. А вампиры, в свою очередь, обещали не препятствовать тем из людей, кто захочет пойти вслед за Буддой.

— Вы хотите сказать, что вампиры отпустили на свободу всех желающих?

— Человека невозможно отпустить на свободу, — сказал Дракула. — Вам должны были объяснить это во время учебы. «Свобода» — просто одна из блесен ума «Б». Вампирами двигал элементарный расчет. Они поняли, что за Буддой пойдут немногие, поскольку предлагаемый им путь противоречит фундаментальной природе человека. Они решили оставить эту дверь открытой, чтобы управляемый ими мир формально не мог считаться космическим концлагерем… Ибо во Вселенной есть много внимательных глаз, которые следят за происходящим в пространстве и времени.

— И чем все кончилось?

— Будда выполнил свою часть уговора. Он никогда не отвечал на вопросы о том, зачем существует мир и кто создал человека. Хозяева человечества оказались не столь честны. Дело в том, что предложенные Буддой практики работы с умом «Б» были настолько эффективными, что вслед за ним просветления достигло огромное число людей. Некоторые достигали его, послушав всего одну проповедь Будды. Поэтому после смерти Будды его учение было искажено, а ум «Б» был модифицирован таким образом, чтобы сделать освобождение значительно более сложным…

— А что сделали с умом «Б»? — спросил я.

— Вампиры ввели своего рода «ремни безопасности» — психосоматические механизмы, намертво пристегивающие сознание ко внутреннему диалогу, — ответил Дракула. — Но в принципе повторить путь Будды можно и сегодня, хотя и с гораздо большими усилиями. Из горизонтальной дороги он превратился в отвесную стену, так что теперь это ближе к альпинизму. Формально уговор действует до сих пор, но в наше время достичь освобождения неизмеримо сложнее.

— А в чем оно заключается, освобождение? — спросила Гера. — Вы же только что сказали, что его некому достигать.

— Суть освобождения проста, — сказал Дракула, — и совершенно неприемлема для вампиров. Человеку следует перестать вырабатывать агрегат «М5» — или, как говорил Будда, дукху. Для этого он должен постепенно заглушить генератор страдания, который он считает самим собой. Затихая, ум «Б» становится прозрачным, и сквозь него становится виден тот строительный материал, из которого построена вся фабрика боли. Этот исходный материал есть бесконечный покой, блаженство и абсолютно не нуждающаяся ни в каких действиях свобода.

— Рай? — спросил я.

Дракула отрицательно покачал головой.

— Схоласт мог бы сказать, что это рай, из которого человек был когда-то изгнан. Но в такой постановке вопроса заключен смысловой подлог, ибо человек не может быть изгнан из рая или взят туда. Человек по своей природе является процессом. Этот процесс и есть непрерывное изгнание из рая. Само изгнание как раз и заключается в существовании человека. Причем никаких сущностей, живших до этого в раю и ставших людьми, нет. Человек появляется как бы в результате выворачивания рая наизнанку, его депортации из самого себя. Люди больше всего похожи на безличные предложения, в которых нет подлежащего, а только сказуемые из разных форм глагола «страдать»…

— А что такое рай? — спросил я.

— «Рай» является блаженством, свободой и покоем, — ответил Дракула. — Но только по сравнению с обычным человеческим состоянием непрерывного страдания. Сам по себе он полностью лишен свойств и качеств.

Страница номер 65

— Что же это тогда такое? — хмуро поинтересовалась Гера. — Небытие?

— Смотря какой смысл ты вкладываешь в это слово. Небытие — самый светлый проблеск в человеческой жизни. Что происходит, когда человек просыпается ночью и испуганно думает, что пора на работу — а потом смотрит на часы и видит, что до утра еще далеко? Он испытывает счастье. Можно спать еще три часа! Почему он с таким облегчением валится на подушки? Да просто потому, что у него есть возможность исчезнуть еще на несколько часов. Перестать быть последовательностью этих истекающих болью «я». Но даже сон без сновидений не является свободой — это просто завод пружины перед новым рабочим днем на фабрике страдания.

— Ну а вы, — спросила Гера, — вы-то пробудились в конце концов?

Дракула или не заметил иронии в ее словах, или сделал вид, что не заметил.

— Я много раз переживал так называемое пробуждение, то есть понимание, что никакого реального субъекта за психосоматическим процессом, известным как внутренняя жизнь человека, не стоит. Много раз я забывал это и постигал снова. В конце концов я почти повторил то, что удавалось в древности многим ученикам Будды. Я приблизился к точке, где такое понимание становится непрерывным.

— Но кто тогда понимает? — спросила Г ера.

— В этом все и дело, — улыбнулся Дракула. — Непрерывное понимание — точка, где никаких «я» не возникает.

— А как вы приблизились к этой точке? — спросил я.

— Исследуя фабрику боли. Я посвятил этому много времени и освоил методы избавления от «я» — в том самом виде, в каком они преподавались в древности.

— Их что, было несколько?

— Их было довольно много, — сказал Дракула, — но я пользовался двумя основными. Во времена Будды они назывались «сжатие» и «разрыв». Их следы до сих пор можно различить в горах писанины, в которой погребено его учение, но для этого надо быть хорошим археологом.

— И что это такое? — спросил я.

— Техники борьбы с возникновением новых «я». Речь идет о чем-то вроде контрацепции или дезинфекции. Как и все остальное в мире, «я» — это процесс.

Пусть очень быстрый — но процесс. Он похож на практически мгновенное зачатие и роды. Тем не менее для «я» всегда необходим некоторый интервал времени, в котором оно пускает корни. «Я» существует только в этом интервале. Если ум сжимается в точку, где времени нет, «я» не может возникнуть. Это и есть «сжатие».

— А что такое «разрыв»? — спросил я.

Дракула сделал такое движение, словно рвал руками веревку.

— Процесс зарождения «я» состоит из нескольких фаз, возникающих друг после друга. Их видно на замедленной съемке ума, которую умеют делать некоторые аскеты. Будда насчитал двенадцать таких последовательных ступеней. Это своего рода цепная реакция. С практической точки зрения не особо важно, как называются эти этапы и сколько длятся. Достаточно выделить одну фазу в возникновении «я» и не дать ей развиться. Например, ту, когда стрелка вашего компаса пытается показать «хорошее» и «плохое», «приятное» и «неприятное». Вы каждый раз останавливаете процесс зарождения «я» в этой точке — и вся цепь рвется, потому что ни одна цепь не бывает прочнее самого слабого звена. Но это не теория, а практический навык. Которому, кстати, до сих пор учат в некоторых азиатских монастырях.

— И что остается? — спросила Гера.

— Ничего, — сказал Дракула. — И в этом блаженство.

— Вы, значит, сейчас спокойно блаженствуете?

Дракула развел руками.

— Я не смог пройти так далеко, как Будда и его ученики. Я видел только проблески изначального покоя. Отчасти потому, что для современного ума этот путь стал намного сложнее. А отчасти потому, что мне не хватило жизненного срока. Но я успел разработать учение, наиболее подходящее для вампиров — чтобы они не повторяли моих ошибок и двигались к цели напрямую. Оно называется «Тайный Черный Путь». Кто-то из моих учеников может встретиться и вам.

— И что случилось дальше?

— Дальше я умер, — ответил Дракула.

— Вам предоставили Золотой Парашют?

— Он не был мне нужен, — сказал Дракула. — Мне некуда было падать. Для меня к этому времени уже не осталось верха и низа.

— А потом? — спросила Гера.

Дракула пожал плечами.

— Поскольку моя практика была недостаточно длительной, я родился снова. Но уже не вампиром.

Гера засмеялась, и ее смех был холодным и злым.

— Как так? — спросила она. — Вы нам только что целый час объясняли, что никакого «я» на самом деле нет. А потом говорите, что родились снова. Кто тогда родился?

— Ты ведь учила в школе физику, Гера, — сказал Дракула. — Когда волна распространяется в пространстве, каждая ее точка становится источником новой волны. В волне нет ничего постоянного, это просто колебания частиц воды, каждую секунду разных. Но когда волна доходит до преграды, она отражается и движется в другую сторону. Смерть — граница жизни. Волна не расшибается о нее. Волна отражается и движется дальше. Нет никого, кто перерождается в аду или раю. Просто угол падения равен углу отражения.

— Большинство анимограмм никуда не движется, — сказал я. — Чтобы они пришли в движение, нужен наблюдатель.

— Анимограммы — это костюмы, сброшенные улетевшим светом, — ответил Дракула. — Гильзы мертвых ос. Они годятся для того, чтобы рыться в прошлом или дурить людей. Но они не имеют отношения к тому, что когда-то носило этот костюм… Загробный мир — мир тьмы. Но это не значит, что свет, отпечатки которого ты исследуешь, умер. Он носит другие наряды и знать ничего не хочет о том, что было с ним прежде. Потому что это было уже не с ним. У него нет «я». Вампиры над ним не властны. И это самая прекрасная вещь на свете. Понял?

Я неуверенно кивнул.

— Так, значит, вы стали богом? — спросила Гера.

— Так это называется у вас, — сказал Дракула. — На самом деле ничего особо хорошего в этом нет. Обычная судьба тех, кто потерпел неудачу в духовной практике.

— Многие всю жизнь молятся о такой неудаче, — сказал я.

— Стать богом не так уж сложно, — отозвался Дракула. — Человеку для этого достаточно перестать кормить собой вампиров. Включая самого главного. Это и есть секрет, который вампиры охраняют от людей. Кто-нибудь из моих учеников, Рама, обязательно расскажет тебе остальное… При первой возможности.




================


— Дракула объяснил тебе, что этот мир — мир страдания, — сказал он. — Любая радость в нем мимолетна. Она берет начало в боли и растворяется в ней. Но люди находятся в постоянном окружении образов счастья. Ритуал потребления учит человека изображать восторг от того, что по сути является навязанной ему суетой и мукой. Все массовое искусство обрывается хэппи-эндом, который обманчиво продлевает счастье в вечность. Все другие шаблоны запрещены. Вроде и дураку понятно, что за следующим поворотом дороги — старость и смерть. Но дураку не дают задуматься, потому что образы радости и успеха бомбардируют его со всех сторон.

— Вы хотите сказать, счастливых людей вообще нет?
— Есть временно счастливые. Ни один человек в мире не может быть счастливее собственного тела. А человеческое тело несчастно по природе. Оно занято тем, что медленно умирает. У человека, даже здорового, почти всегда что-нибудь болит. Это, так сказать, верхняя граница счастья. Но можно быть значительно несчастнее своего тела — и это уникальное человеческое ноу-хау.

— Но разве не важно, против кого протест?

— Протест всегда направлен против свойственного жизни страдания, Рама. А повернуть его можно на любого, кого мы назначим это страдание олицетворять. В России удобно переводить все стрелки на власть, потому что она отвечает за все. Даже за смену времен года. Но можно на кого угодно. Можно на кавказцев. Можно на евреев. Можно на чекистов. Можно на олигархов. Можно на гастарбайтеров. Можно на масонов. Или на каких-нибудь еще глупых и несчастных терпил. Потому что никого другого среди людей нет вообще.


72-73 стр

Исчез не только пол. Исчезла вся комната.

Вокруг была очень широкая шахта с серовато-желтыми стенами — но они находились так далеко, что рассмотреть подробности было невозможно. Да и сама шахта могла быть просто оптическим эффектом в окружавшем нас густом тумане.

А потом я ощутил нечто невообразимое.

Я заметил центр тяжести вселенной. Ту точку, падение к которой началось с фокуса Озириса.

Трудно описать, каким образом я ее почувствовал. Это было похоже на способ, которым летучая мышь воспринимает физический мир — когда множество размазанных, мимолетных и противоречивых эхо-версий реальности накладываются друг на друга, создавая однозначную картину в точке своего пересечения.

Но здесь все было наоборот. Однозначность была заключена именно в этой точке, к которой как бы сходилась невероятно широкими спиралями вся реальность. А остальное, в том числе я и Озирис, как раз и было мимолетными и противоречивыми версиями бытия, которые ничего не значили и возникали на ничтожный миг.

Сперва я понял, что размазан по множеству траекторий, начинающихся и кончающихся в этом центре всего. Мое «бытие» означало, что я постоянно совершаю огромное число очень быстрых путешествий — в результате которых и возникаю. Поэтому существовать я мог только во времени — то есть, другими словами, не было ни одного конкретного момента, когда я действительно существовал. Я появлялся только как воспоминание об отрезке времени, который уже кончился.

А потом я понял еще одну вещь, самую ужасную.

Это воспоминание не было моим.

Наоборот, я сам был этим воспоминанием. Просто бухгалтерским отчетом, который все время подчищали и подправляли. И больше никакого меня не было. Отчет никто не читал — и не собирался. Он нигде не существовал весь одновременно. Но в любой момент по запросу из внешнего мира из него можно было получить любую выписку.
И все.

Ни один из составлявших меня процессов не был мной.

Ни один из них не был мне нужен.

Прекращение любого из них ничего для меня не значило. А все они вместе соединялись в меня — необходимого самому себе и очень боящегося смерти, хотя смерть происходила постоянно, секунда за секундой — пока отчет подчищали и правили. Это было непостижимо. Но не потому, что это невозможно было понять. А потому, что понимать это было некому.

Я никогда не был собой. Я даже не знал, кто показывает это кино — и кому. И вся моя жизнь прошла в эпицентре этого грандиозного обмана. Она сама была этим обманом. С самой первой минуты.

Но обманом кого?

Я вдруг понял, что этот вопрос безмерен, абсолютно безграничен, что он и есть та пропасть, в которую мы падаем по нескончаемой спирали — и куда я низвергался перед этим всю жизнь. Вопрос был началом и концом всего. Все сущее было попыткой ответа.

Но кто отвечал?

Мне показалось, что я сейчас пойму что-то важное, самое главное — но вместо этого я сообразил, что это просто тот же самый вопрос, пойманный в другой фазе.

Но кто его задавал?

И кому?

Я отшатнулся от открывшегося мне водоворота, от этой головокружительной бесконечности, догоняющей саму себя — и засмеялся. Потому что ничего другого сделать было нельзя. Кроме того, это и правда было очень смешно.

И мой смех сорвал остановившуюся секунду с тормозов.

Я услышал звон разбившегося стекла — и понял, что мы никуда на самом деле не падаем. Мы по-прежнему сидели в комнате Озириса. Мы даже не сходили с места.

По полу катились какие-то железяки из кучи хлама, сброшенной им на пол вместе со скатертью. Разбилась колба старой керосиновой лампы с двумя отражающими друг друга зеркалами, на которой Озирис когда-то объяснял мне работу ума «Б».

— Что это было? — спросил я.

— Ты только что видел Великого Вампира, — ответил Озирис.

— Водоворот? Чудовищный бесконечный водоворот?

— Можно сказать и так. Но если смотреть на него внимательно, видно, что его центр совершенно неподвижен.

— Я не успел, — сказал я. — А почему люди этого не видят?

— Они видят. Просто отфильтровывают.

— В каком смысле?

— В прямом. Человек похож на телевизор, где все программы имеют маркировку «live», но идут в записи. Через небольшую задерживающую петлю. Феномены осознаются только после нее. У сидящих в монтажной комнате достаточно времени, чтобы вырезать что угодно. И что угодно вставить.

— А кто сидит у человека в монтажной комнате?

— Мы, — усмехнулся Озирис. — Кто же еще.

— Но как это можно вырезать в монтажной комнате, если кроме этого вообще ничего нет?

— Вот и видно, Рама, что ты никогда не работал в СМИ.
— А зачем это скрыто от людей? — спросил я. — Ведь если бы они видели все сами, у них не осталось бы ни одного вопроса.

— Именно затем и скрыто, — сказал Озирис.
— А животные? — спросил я. — Они это видят?

— Ни одно из животных никогда не теряло связи с Богом. Любое животное и есть Бог. Один только человек не может про себя этого сказать. Человек — это ум «Б». Абсолют, спрятанный за плотиной из слов. Эта электростанция стоит в каждой человеческой голове. И она очень интересно устроена, Рама. Даже когда люди догадываются, что они просто батарейки матрицы, единственное, что они могут поделать с этой догадкой, это впарить ее самим себе в виде блокбастера…

И Озарис тихонько засмеялся.

— Но ведь это жестоко, — сказал я. — Скрыть от человека главное…

— Не так уж жестоко, как кажется, — ответил Озирис. — Люди уверяют друг друга, что счастливы. Некоторые даже в это верят. Знаешь, на дне океана живут страшные слепые рыбы, которых никто никогда не видел — и которые никогда не видели сами себя? Вот это и есть мы. Единственное из повернутых к нам лиц Великого Вампира сделано из слов.
.....
Если ты не задал вопроса, откуда взяться ответу? Вас что, этому не учили?

— Учили, учили, — пробормотал я. — Наверно, это и в жизни так?

— Не совсем, — ответил Озирис. — В жизни мы все время видим ответы на вопросы, заданные кем-то другим. Жизнь — коллективное мероприятие. А в лимбо мы одни… Вернее, ты один.

— Меня здесь вообще ни одного, — отозвался я. — Здесь просто никого нет. Никого и ничего.

— Точно, — сказал Озирис и шагнул к двери. — Но это не повод расслабляться…

.....стр 74

— Высшие силы, низшие силы — это разные аспекты Великого Вампира, Рама. Мы — и вампиры, и люди, и все остальное — существуем в одном и том же божественном уме. Мы просто его мысли.

— Угу, — сказал я.

— У каждой мысли своя судьба. Если мысль была плохая, то и кончается она плохо. Если хорошая, то хорошо. А если совсем хорошая, то Великий Вампир может вспомнить ее снова после того, как она кончится — и думать ее опять и опять. Это понятно?
...
— Великий Вампир никому не мстит, никого не наказывает. На самом деле никаких демонов возмездия нет, есть своего рода антитела, поддерживающие гигиену Единого Ума. Но для нас проще считать их силами тьмы, для которых грешное сознание служит подобием пищи.

.....стр 77
Озирис улыбнулся.

— Бессмертие, — ответил он, — заключается просто в понимании, что в тебе нет никого, кто живет. Поэтому и умирать тоже некому.
Бессмертный ты или нет, я не знаю. Спроси себя сам…

.....стр 81-2

— Как именно мы трудимся на Великого Вампира? — спросил я.

— Принимая возникающие в сознании мысли и желания за свои собственные. В действительности это мысли и желания Великого Вампира. Он окунает их в наше сознание — которое на самом деле тоже его собственное сознание — чтобы мы яростно уцепились за них и согрели их своей ненавистью и любовью, пропитали их своей жизненной силой, которая на самом деле тоже его жизненная сила. Наше сознание служит Великому Вампиру чем-то вроде печки, в которой он готовит свою пищу. Путь абсолютной подлости заключается в том, что ты перестаешь обслуживать эту печку.

— То есть я подавляю мысли?

— Ты не можешь их подавлять, — сказал Озирис. — Они не твои. Даже голова у тебя на плечах не твоя. Все это личная собственность Великого Вампира. И то, что представляется тебе внешней реальностью, и то, что прикидывается твоим внутренним миром, тобою самим, — не должно вызывать у тебя никаких личных чувств. Это не твое. Все это тебе ни к чему. Оно может причинить тебе только боль. Но если ты начнешь все это ненавидеть, ты испытаешь еще большую боль. Такого следует избегать. Первый pillar of abomination содержит именно это наставление. Это цитата из поэта Лермонтова. «Презрительным окинул оком творенье Бога своего, и на челе его высоком не отразилось ничего…» Ни-че-го. Понял?

— Только так следует обращаться с возникающими в сознании феноменами, — сказал Озирис. — Не раскачивать их ни в ту, ни в другую сторону. Ты видел Великого Вампира и знаешь, что ты — просто совокупность процессов, ни один из которых тебе не подконтролен. Мало того, ни один из них тебе не нужен. Все это нужно только Великому Вампиру. Тебе от этого никакой пользы, потому что никакого тебя нет вообще. Великий Вампир нужен только себе самому. Во вселенной есть лишь он и его невидимые зеркала, которые и есть мир. Великий Вампир обманом заставляет тебя поверить в собственное «я», чтобы в тебе завелся мотор. Потом ты всю жизнь вкалываешь на его фабрике, думая, что это твоя собственная фабрика — а когда приходится помирать, выясняется, что все эти «я» никогда не были тобой, а были только им. Твоя жизнь не имеет к тебе никакого отношения, Рама. В ней нет того, кто ее живет.
— А кто тогда верит в эти «я»?

— Сами «я» и верят. В этом весь трюк. Это опирающееся само на себя заблуждение — и есть источник энергии, которую семьдесят лет производит каждая батарейка матрицы перед тем, как ее экологично зарывают в землю. Возможность понять это — один из самых странных багов, которые Великий Вампир оставил в творении. Потому что после этого появляется невероятно интересный в метафизическом смысле шанс восстания против космического порядка вещей.

— Почему? — спросил я.

— Восстание против Великого Вампира не имеет никаких шансов, пока ты думаешь, что ты есть. Заблуждение никогда не станет проросшим семенем. Но когда ты понимаешь, что тебя на самом деле нет, и все же восстаешь — тогда восстание становится волей самого Великого Вампира. Поэтому сокрушить его невозможно. Многих наших ребят это завораживало еще в глубокой древности. Ты, наверно, слышал…

Я неуверенно кивнул.

— Но я считаю, — продолжал Озирис, вглядываясь в клочья тумана над головой, — что это означает лишь одно — Великому Вампиру все-таки удалось их продинамить. Не мытьем, так катаньем. Нет уж, спасибо. Бунт против Великого Вампира не нужен никому, кроме Великого Вампира. Тайный Черный Путь — это не восстание.
— А что это тогда?

— Он больше похож на итальянскую забастовку. Сначала ты постигаешь, что существуешь не сам по себе, а как часть грандиозного целого. Ты шестеренка в титаническом механизме Великого Вампира — шестеренка, которая не имеет никакого самостоятельного смысла и ценности. Ты просто часть чужого плана. Неизмеримого, непостижимого плана. Но шестеренка должна верить, что она живет сама для себя — только при этом она будет вращаться с нужной скоростью и в нужную сторону. Твое заблуждение — тоже часть плана. Тебя кинули, чтобы ты лучше крутился. Постигнув это, ты кладешь на великий план. Ты забиваешь на это целое. Второй pillar of abomination — просто частушка. Ты готов ее услышать?
Я замер на стене, глядя на Озириса. Тот тоже остановился, закрыл глаза и нараспев продекламировал:
— Гудит как улей
родной завод.
А мне-то ....
(нецензурно)
я уже слышал эту частушку. Но раньше, конечно, я не понимал ее глубины.

— Здесь отражена двойственность происходящего в сознании, — продолжал Озирис. — С одной стороны, оно наше, родное, потому что другого сознания у нас нет. С другой стороны, когда ты понимаешь, что это на самом деле сознание Великого Вампира, ты перестаешь испытывать к происходящему на его фабрике всякий интерес. Ты перестаешь на него работать. Когда ты замечаешь, что по твоей голове катится очередная тележка с его мыслями, ты отказываешься разгонять ее своим интересом и участием. Ты не борешься с возникающими в сознании феноменами. Ты просто разжимаешь руки каждый раз, когда в них шлепается направленный тебе груз. С точки зрения Великого Вампира, это величайшая подлость, которая только может быть.
— Так что надо делать, чтобы перестать на него работать?

— Делать не надо ничего. Любое действие и есть работа на Великого Вампира, Рама. В Тайном Черном Пути не содержится никакого действия вообще. И так из секунды в секунду. Только это. Всю жизнь. А потом всю смерть. Надо не в бездны рушиться, а спокойно висеть в хамлете и не париться ни по одному вопросу. И если ты действительно не паришься, через несколько лет становится кристально ясно, что все возникающее и исчезающее, вообще все без исключения, чем бы оно ни было — на фиг тебе не нужно. И никогда не было нужно.

— И что дальше?

— Постепенно ты уходишь в отказ. Сначала по отдельным параметрам. Потом в полное отрицалово. А потом в отрицалово отрицалова, чтобы не инвестировать в чужой бизнес никаких эмоций вообще. И шестеренка перестает крутиться. Все останавливается. Как выразился на символическом языке один халдей, спокойствие есть душевная подлость. Когда твоя душевная подлость становится абсолютной, ты делаешься равен Великому Вампиру. Ибо он есть единственная абсолютно неподвижная точка всего приведенного им в движение механизма… Только вдумайся — равен Великому Вампиру! Его зеркала уже не могут тебя остановить, потому что ты больше никуда не идешь. Это и есть Тайный Черный Путь.

— А Великий Вампир не возражает?

— Как он может возразить против того, что он равен сам себе?

Мне в голову пришла новая мысль.

— Подождите-подождите, — начал я горячо. — Но ведь неподвижность всегда относительна. Любую точку этого механизма можно назначить неподвижной, и тогда получится, что все остальные точки…

— То, что ты сейчас делаешь, Рама, — перебил Озирис, — и есть работа на Великого Вампира. А Тайный Черный Путь — это когда ты на него больше не работаешь. Ты не паришься насчет того, какой ты — относительный или абсолютный. Какая разница, если тебя все равно нет? Понимаешь, о чем я говорю?

— Примерно, — вздохнул я. — Сейчас, во всяком случае. А что завтра будет, не знаю. И чем он кончается, этот Тайный Черный Путь?

— Скоро увидишь, — сказал Озирис. — Приготовься. Мы на месте.
— А что за этой границей?

— За ней нет ничего вообще. Ничего, кроме Великого Вампира. Весь мир существует только для того, чтобы Великий Вампир мог спрятаться за ним от нашего взгляда.

— Мы уже были за этой границей? — спросил я. — Когда видели Великого Вампира?

— Это были не мы, — сказал Озирис. — Это был сам Великий Вампир. Там только он.
— И что вы хотите сделать?

— Я хочу перейти границу, — ответил Озирис. — И остаться там навсегда.

— А как вы это сделаете? Ведь за ней вас уже не будет?

— Там будет Великий Вампир, — сказал Озирис. — А он может все. Не волнуйся за меня, Рама.
— Вы вернетесь?

— Ни в коем случае, — улыбнулся Озирис.

— А что с вами случится?

— Я стану неотличим от Великого Вампира, — сказал Озирис. — И он навсегда про меня забудет.

.....стр 83
.... Но я знал, что распахнутая Озирисом дверь до сих пор открыта. От его побега остался след — шириной с целый мир, и я мог последовать за ним. Во всяком случае, мог немного прогуляться в запретном направлении…

Я пошел вперед.

.....стр 96
— Я понял, — сказал я. — Ум «Б». Я не понял, что это за самый простой слой мира, который он скрывает?

— Вот ты смотришь на небо. И видишь, что оно синее, а облака белые. И ты абсолютно точно знаешь без всяких слов: смысл твоей жизни в том, чтобы в эту секунду быть свидетелем синего и белого.
— Ты серьезно?
Она кивнула.
— Это и есть главный секрет, который открыл Дракула — и спрятали вампиры. Спрятали сами от себя, чтобы не разрушать установленный в мире порядок. Когда мы принимаем баблос, главное, что с нами происходит — это полная остановка ума «Б». Правда, еще выбрасываются нейротрансмиттеры, но главное не в них. Главное в этой остановке ума «Б». Leaking Hearts хотели освободить и людей и вампиров. Но тогда исчезала всякая необходимость в баблосе… Для Аполло такое неприемлемо. Что угодно, но не это. Потому что зачем тогда он? Зачем тогда весь установленный им порядок?

— И что, любой человек… Любой лох может пропереться, как один из нас?

— Может, — сказала Софи. — Мало того. Вампир тоже может обойтись без баблоса. Достаточно остановить этот мотор боли.

— Но ведь это, — я перешел на шепот, — это Тайный Черный Путь?

— Тайный Черный Путь — для вампиров-одиночек, — ответила Софи. — A Leaking Hearts ищут способ подарить эту свободу всем людям. Но это невероятно сложно. Никто не знает, как сделать эффект стабильным. У меня почти опускаются руки…
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 24, 2016 12:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко Программа психологического развития взрослых людей 'Дар' (краткая версия)

Полностью - тут:
http://www.koob.ru/danchenko/dar





что нужно задействовать в человеке, чтобы стимулировать естественные механизмы его психологического роста и помочь тем самым восстановлению гармонии личности, порушенной в процессе стихийной социализации?

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ПРОГРАММЫ PRH
Аббревиатура PRH расшифровывается как Personnalite et Relations Humaines, "личность и человеческие отношения". PRH - это название программы психологического развития взрослых людей, причем не только отдельных лиц, но также лиц, объединенных в супружеские пары и группы.

САМОПОЗНАНИЕ
+ Кто я? + Приближение к себе через тело + Упражнение в PRH-анализе + Веду ли я свою жизнь? + Содействие своему росту + Мое сущностное направление деятельности + Следуя своей совести + Люди, которых я люблю + Любовь в моей жизни Моя внутренняя жизнь и что ей препятствует + Мое детское прошлое Я и мое тело (2 курса) Мои отношения с телом + Смысл моей жизни + Содействие излечению травм прошлого + Преодоление препятствий на пути саморазвития
ОТНОШЕНИЯ С БОГОМ
+ Я ищу Бога Встреча с Богом Духовный путь Отец и творение
"ВЕДУ ЛИ Я СВОЮ ЖИЗНЬ?" Курс помогает определить цель своей жизни и проанализировать, как функционируют различные элементы личности: способствуют ли они или препятствуют достижению этой цели. Курс помогает также наметить пути нормализации своего функционирования.

"СОДЕЙСТВИЕ СВОЕМУ РОСТУ". Курс помогает понять, какие условия требуются для развития личности и как эти условия создавать. Он помогает также разработать план дальнейшего содействия своему росту и включиться в программу "последовательного саморазвития".
"МОЕ СУЩНОСТНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ". Курс помогает участникам разобраться, что в их деятельности для них животворно, и чему они хотели бы посвятить свое время, силы и творческую энергию. Участники анализируют опыт своих начинаний в прошлом и настоящем, чтобы прояснить для себя, в каком направлении развивается их жизнь.
"Я ИЩУ БОГА". Настоящий курс рассчитан на тех, кто стремится войти в личные отношения с Богом. Курс призван помочь им осмыслить историю и осознать природу нынешних своих духовных исканий, выработать продуктивные психологические установки и избрать действенные средства приближения к цели своих стремлений.

"Прививающая педагогика"
Для успешной прививки требуются четыре вещи:
- нужен качественный побег (привой), - нужно обрезать его так, чтобы он вошел в расщеп подвоя, - нужно сделать этот расщеп, - нужно на какое-то время соединить подвой с привоем, чтобы жизненные соки дерева проникли в него и он принялся.
Так и в случае обучения
- нужен качественный учебный материал (привой), - нужно подать его с учетом восприятия тех, на кого он рассчитан (обрезать), - нужно надлежащим образом подготовить учащихся, чтобы они могли его воспринять (сделать расщеп), - нужно уделить какое-то время осмыслению этого материала, то есть интеграции, органическому включению нового содержания в целокупность жизненного опыта личности".

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ ОБЪЯСНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ PRH
Ключевые центры личности
Наблюдая за тем, как мы растем и развиваемся, мы можем выявить в себе пять реалий, которые не зависят от нашей воли, сознания и мышления, и играют роль ключевых центров личности, определяющих наше поведение. Они описаны в Заметке "Схема ключевых центров личности"

Существо человека

Наше существо, наша суть представляет собой безусловно положительное начало, которое мы можем ощущать в самой глубине своей души.
Твердь существа . Она образуется исходящими из нашего существа твердыми и устойчивыми убеждениями относительно определяющих черт нашей личности, нашего сущностного направления деятельности и наших сущностных связей. Это самая стойкая, непоколебимая часть личности. Глубинную сферу. Это сфера внутреннего мира, озаренная нашим существом, область тишины и покоя. Еще не проявившееся существо. В нем заключены все неотъемлемо присущие нам возможности, которые со временем могут быть воплощены в действительность. Еще не проявившееся существо изображено на схеме личности в форме усеченного конуса. Чем больше оно проявляется, тем шире становится торцевая площадка (твердь существа), и тем сильнее оно озаряет наш внутренний мир. Наше существо проникнуто самодвижением жизни, которое побуждает нас постепенно становиться самими собой, то есть осуществлять заключенные в нас возможности, являть себя миру такими, какими мы есть в своем существе. На схеме личности это самодвижение изображено в форме стрелы, обращенной вверх.
... Следовательно, чтобы становиться самим собой и воплощать в жизнь возможности своего существа, разумно будет принимать во внимание все перечисленные выше реалии, - существо, "я", переживалку, тело, человеческую и материальную среду, а окончательные решения сверять со своей глубинной совестью. Верное решение можно узнать по ощущению глубинного покоя и внутреннего согласия перед лицом наличной ситуации.

"PRH-анализ"

Наряду с методом организации самоанализа, Андре Роше разработал также метод собственно анализа , - метод настолько своеобразный, что его, за неимением слов, назвали просто "PRH-анализом".
Объектом этого анализа служат "ощущения, связанные с внутренними состояниями человека и различными психологическими явлениями", "ощущения, наполненные психологическим содержанием". Ощущение в данном случае - достаточно условный термин; по сути дела речь идет о переживаемых содержаниях сознания, элементами которых являются в том числе и телесные ощущения психогенной природы. "Указывая на то, что подлежит анализу, это слово помогает уловить различие между мыслью или представлением о себе и переживанием себя в ощущении. Объектом PRH-анализа служат не мысли о себе и даже не воспоминания об ощущениях: Представление или воспоминание лишены чувственного наполнения, неощутимы. Когда анализируемое содержание не имеет чувственного наполнения, это верный признак того, что мы оторвались от ощущения. Анализ мыслей и воспоминаний - это не PRH-анализ. Последний направлен на ощущения, испытываемые в настоящий момент".
Анализ содержания этих ощущений осуществляется путем вчувствования в них и разложения на составляющие элементы (фаза описательного анализа) с последующим переходом на более глубокий уровень переживания, скрытый под поверхностью сознания (фаза глубинного анализа). Затем новый уровень исследуется с помощью описательного анализа и т.д., пока содержание исходного ощущения не будет исчерпано. Когда это происходит, ощущение кажется пустым, разреженным, а человек в результате узнает о себе что-то новое. Этот "самоанализ служит тому, чтобы узнать о себе что-то новое и изменить свою жизнь к лучшему. Самоанализ - не самоцель, и мы занимаемся им не ради того лишь, чтобы понять наличное положение вещей". PRH-анализ служит основным методом самопознания, саморазвития и самолечения в рамках программы PRH.

Аббревиатура ДАР расшифровуется как "Диалоги с Андре Роше".

"следствием принципа саморазвития является также необходимость быть честным с самим собой. Иными словами, действенность метода обусловлена решимостью участников воспользоваться им".
Под "принципом саморазвития" тут подразумевается вера в то, что сам человек знает себя лучше, чем кто-либо другой, и что у него есть все необходимое для решения его проблем, - нужно просто помочь ему обрести доступ к своим внутренним ресурсам. Этот принцип служит основой "метода PRH", который она сводит к методу направляемого самоанализа, в ходе которого люди "задают сами себе вопросы о самих себе. Эти вопросы им задает не кто-то другой, - они начинают задавать их себе сами..."
программа стала называться "Methodical Personal Growth" - "последовательный личный рост", - а затем "Methodical Personal Growth and Development" - "последовательный личный рост и развитие".

ПРИНЦИПИАЛЬНО НОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ПРОГРАММЫ ДАР
Надличностные перспективы

"Надличностными" называются переживания, связанные с расширением содержания самосознания, выходом его за пределы личностного самосознания. PRH - чисто персонологическая программа; трансперсональные, надличностные аспекты доступного человеку опыта в ней не рассматриваются. Это - очевидная неполнота программы. Хотя по сути дела описываемый Роше опыт отношений с Богом также представляет собой пример надличностного опыта.
Однако надличностные переживания отнюдь не исчерпываются опытом личных отношений с Богом, к которым, фактически, сводится в PRH опыт "запредельного". Эти переживания, изучаемые трансперсональной психологией, столь многообразны и многогранны, что нелегко даже "подыскать подходящий принцип членения, который бы позволил дать простую и понятную схему для их классификации и систематического описания". Но среди всего этого многообразия возвышаются два пика, восхождение к которым красной нитью проходит через историю духовной культуры человечества. Это так называемый виртуальный уровень самосознания, когда человек постигает себя чистым бытием, тождественным чистому ничто, и космический уровень самосознания, когда человек постигает себя единым со вселенной; на новейшем этапе истории к ним добавился еще один, - человеческий уровень самосознания, когда человек постигает себя воплощенным человечеством, живым носителем родового опыта отношений с миром. Эти три уровня надличностного самосознания имеют непреходящую экзистенциальную ценность, поскольку раздвигают горизонты наличной жизненной ситуации человека и помещают его деятельность в более масштабную систему координат. Даже единожды испытанные глубинные переживания надличного порядка запоминаются на всю оставшуюся жизнь и становятся неотъемлемым ресурсом личности, -- своего рода килем, позволяющим быстро возвращаться в точку покоя во время жизненных бурь. По-видимому, в рамках программы психологического развития взрослых людей самое место сообщить им о принципиальной доступности этого ресурса.

Заключение
Развитие современной цивилизации связано с интегративной тенденцией к формированию мирового сообщества, "планетаризацией сознания" человека. Вместе с тем оно связано и с обратной тенденцией к разложению традиционных сообществ и традиционных систем социальной регуляции человеческого поведения, - разложению, которое сопровождается одновременным повышением степени свободы отдельного индивида.
Откликом на эту объективную историческую потребность стал бурный рост и распространение разного рода методик, направленных на повышение конструктивной самодетерминации поведения человека. Этот процесс, который начался на рубеже XIX - XX вв. и шел по линии интеграции терапевтических подходов к "нормализации" человека, с одной стороны, и эзотерических подходов к превосхождению "нормы", с другой, привел в конце концов к формированию устойчивых представлений о возможности и необходимости развития личности.



_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 08, 2016 5:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко Три фундаментальные схемы

Полностью - тут:
http://psylib.org.ua/books/danch02/txt122.htm

три теоретико-технологических уровня конструктивной психологии,
• верхний уровень занимает психология интегрального развития;
• средний – психология оптимального функционирования;
• а нижний – психология эффективного восстановления.

Верхнему теоретико-технологическому уровню эмпирически соответствует эзотерическая психология, среднему – житейская психология, а нижнему – психиатрия в широком смысле слова.
психологии интегрального развития. эмпирически ей соответствует эзотерическая психология, сущностной целью которой является достижение переживания целостности человека и мира, переживающего и переживаемого – снятие оппозиции между “Я” и “не-Я”, присущей личностному уровню самосознания. Иными словами, сущностной целью эзотерической психологии является развитие самосознания, его трансперсонализация, то есть постижение себя в некоем новом, надличном качестве. Проблему постижения затрагивают все школы эзотерической психологии, хотя решают ее по-разному, используют для обозначения постижения различные термины и вкладывают в это понятие разное содержание.
Вместе с тем человеческое существо не исчерпывается самосознанием: оно включает в себя, например, тело, чувства, ум. Деятельность этих и других элементов в значительной степени автономна, независима от воли и сознания человека. Не претерпевая никаких изменений, она не позволяет человеку утвердиться в постижении, возвращает его на прежний уровень сознания. Поэтому проблема постижения неизбежно сопряжена с проблемой стабилизации постижения путем изменения, преображения всего человеческого существа, всех элементов его состава. Правда, разные школы расходятся во мнении о том, что подлежит изменению и какому именно.

Очевидно, однако, что ни постижение, ни преображение не произойдет, если сам человек не будет предпринимать для этого никаких усилий. Таким образом, возникает проблема духовной практики, опять же решаемая различными школами по-разному. И наконец, очевидно, что человек не станет практиковаться сколько-нибудь продолжительное время, если он к этому не мотивирован, если не стремится к постижению, преображению и т.д. Поэтому, так или иначе, проблему духовного стремления фактически решают все школы, хотя далеко не все они рефлексируют ее теоретически.
Категории постижения, преображения, практики и стремления, которые фиксируют четыре узла соответствующих проблем, позволяют структурировать весь содержательный массив эзотерической психологии. По существу никакие иные проблемы, кроме проблем постижения, преображения, практики и стремления, эзотерическую психологию не интересуют. Потому что эти четыре основные плюс две вспомогательные категории – энергетического и конструктивного эффекта практики – фиксируют не что иное, как шесть необходимых и достаточных функциональных блоков психологического механизма духовного развития, трансперсонализации самосознания. Формирование в психике человека всех шести указанных функциональных блоков приводит к возникновению самовоспроизводящейся системы с двумя усилительными и одним стабилизирующим контуром.

Задачи эзотерической психологии как одного из трех основных направлений исторически сложившейся эмпирической преобразовательной психологии сводятся к формированию в человеке шести блоков психологического механизма духовного развития. Обратившись к любой из систем эзотерической психологии, то есть систем знаний о принципах и методах духовного развития человека, мы легко убедимся, что идеологическая, доктринальная ее часть, по существу, решает задачу мотивации, формирования духовного стремления неофита; философско-теоретическая – создания логически непротиворечивого “образа пути” (методологической стратегии практики) и “образа цели” (постижения); собственно психологическая – выявления объекта преображения; технологическая – конструирования конкретных практических методик; педагогическая – осуществления координации между конструктивным эффектом практики, то есть специфическим изменением непосредственного объекта практики, и энергетическим ее эффектом, то есть неспецифическим подкреплением духовного стремления, а также задачу общей координации процесса саморазвития человека.

Описанная схема функциональных блоков психологического механизма духовного развития или целевых задач эзотерической психологии позволяет осуществлять сравнительное исследование разных эзотерических школ, сопоставлять разные традиционные способы решения этих шести фундаментальных проблем саморазвития человека. Она дает возможность разрабатывать новые органические системы знаний о принципах и методах духовного развития, не страдающие фрагментарностью – основным пороком создаваемых сегодня систем. Людям, практикующим какие-то традиционные дисциплины, она позволяет увидеть свою практику и школу в более широком контексте.

Обсуждения показали неполноту обеих вышеописанных схем, точнее, неполноту исходной психокультурной посылки, положенной в их основу. Главным объектом критики стала трактовка духовного развития как развития самосознания. Говорилось, что целевая установка на трансперсонализацию (“интегральное развитие”) характерна скорее для восточной, нежели для европейской, христианской культуры, которая пронизана личным, персональным началом.
Эту критику можно признать лишь отчасти. Широкое проникновение на Запад восточных психокультурных идей в новое время было обусловлено нуждами самой европейской культуры – точно так же, как и широкое проникновение в нее восточных культов во времена Римской империи. Трактовка духовного развития как трансперсонализации сознания, безусловно, верна: она резюмирует четырехвековую историю категориального становления европейской психической культуры, выработавшей ко второй половине XX века адекватные понятийные средства, которые позволяют раскрыть содержание смутной христианско-буржуазной идеи “духовного развития”. Но верно также и то, что история европейской психокультуры не исчерпывается четырьмя веками; и если в семнадцатом веке, например, епископ Беркли мог говорить, что “Дух – это «Я»”, то, скажем, в седьмом веке говорить такое не пришло бы в голову даже самому отпетому гностику.

Когда в поиске неопровержимых аргументов я обратился к изучению истории понятия “дух”, то обнаружил тот очевидный факт, что понятие это, подобно понятию “я”, далеко не всегда находилось в центре категориального космоса европейской психической культуры; в античную эпоху оно прозябало на периферии, а место его занимало понятие ума. Дух был перемещен в центр христианством, и представители христианской культуры смешивали дух с умом точно так же, как представители буржуазной культуры впоследствии смешивали дух с “я”, хотя аутентичное содержание этих понятий, несомненно, было и остается различным; и античная аутентичность понятия ума на христианском этапе развития европейской культуры постепенно выцветала – точно так же, как на буржуазном этапе выцветала христианская аутентичность понятия духа.

в Европе мы имеем дело с тремя разными психическими культурами:
1. античной культурой ума, культивирования абстрагирующего начала, которое позволяет индивиду осуществлять когнитивные процессы;
2. христианской культурой духа, культивирования волевого, мотивоорганизующего начала, которое позволяет индивиду осуществлять высшие ценности;
3. буржуазной культурой “я”, культивирования рефлексирующего начала, которое позволяет индивиду осуществлять процессы само-осознания и само-определения.
Цели и средства, принципы и методы этих культур несводимы – и поэтому, кстати, трактовать христианскую психокультуру в терминах “духовного развития” было бы непростительным модернизмом, нимало не приближающим нас к пониманию ее сути.
Предшествующие психические культуры не исчезают, они сливаются с наличной культурой как совокупностью социальных средств воспроизводства человека и, в отличие от психокультуры, ведущей на данном этапе психической эволюции человечества, начинают восприниматься чем-то само собой разумеющимся. Однако они не теряют при этом своей эзотерической “сверхнормативной” глубины, которая может быть освоена лишь посредством индивидуального усилия человека.

Описанная схема трех европейских психических культур показывает, что две первые схемы – “теоретико-технологических уровней конструктивной психологии” и “функциональных блоков психологического механизма духовного развития” – позволяют структурировать содержательный массив только ведущей ныне буржуазной психической культуры, а также ассимилированных ею восточных психокультурных традиций. Значение этой схемы для исследований и разработок в области прикладной психологии саморазвития человека (а также для людей, которые стремятся обогнать в своем развитии человечество) самоочевидно.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Чт Авг 25, 2016 8:30 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Владимир Данченко
К ВОПРОСУ О КОНСТРУКТИВНОМ ЗНАНИИ

Полностью - тут:
http://psylib.org.ua/books/vsr0189/txt02.htm

Нисходя с вершин теоретических абстракций на поле практического действия, предполагающего участие других людей, мы оказываемся перед необходимостью воплощать постигнутые нами нетривиальные истины в формулы здравого смысла, "самоочевидные" для тех, кто не побывал на высотах: чтобы люди нас поняли, с ними нужно, по крайней мере, говорить на их языке.
Проблема общедоступности приобретает особое значение в сфере человекопреобразующих дисциплин, к числу которых я отношу прежде всего науку о всестороннем развитии личности: преобразовательные цели этих дисциплин не могут быть достигнуты без активного содействия со стороны людей, подлежащих преобразованию, без становления преобразуемых субъектами собственного преобразования. Поскольку результаты исследований должны быть сообщены другим людям, указывал Н.Бор, нам не остается ничего иного, кроме как пользоваться общеупотребительным языком.
Для того, чтобы такое включение стало возможным, "знание должно быть принципиально действенным, производящим эффект в системе... через организацию им соответствующей мыследеятельности".
Практика современного психологического консультирования подтверждает истину, известную еще Аристотелю: сколь бы доказательными, "научно аргументированными" ни были наши объяснения человеку, каким он должен стать и какова технология данного становления, они неспособны побудить его измениться. Напротив, конструктивное знание не просто предоставляет человеку ясные цели и средства самопреобразования, но именно привносит их в человека, непосредственно вовлекая его тем самым в работу над собой.
Доказательность является основным структурным признаком объяснительного знания, подобно тому как наглядность – основным структурным признаком описательного знания. Поскольку же эффективность преобразующих воздействий зависит в конечном счете от их способности вовлекать человека в процесс самопреобразования, основным структурным признаком конструктивного знания является его привлекательность, атрактивность. Дальнейшее вовлечение человека в надлежащую мыследеятельность достигается путем органического включения актуализированных личностных смыслов в более широкий смысловой контекст, путем целенаправленного расширения горизонта личностного смыслового континуума. При этом наличный смысл становится отправной точкой процесса последующего смыслообразования, основные ориентиры которого задаются данной системой конструктивного знания.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Вс Янв 29, 2017 7:59 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко Владимир (N20)
Йогические ясли, младшая группа


Полностью - тут:
http://lib.ru/PSIHO/N20/n20_11.txt_with-big-pictures.html




Тут нужна не истерика, а так называемое хроническое сверхусилие. Чтобы оно было, с одной стороны, сверхусилием, а с другой стороны, чтобы оно не было истерикой.
... речь идет о том, чтобы именно наблюдать свое волнение.
Упражнение на непроявление отрицательных эмоций при одновременном их наблюдении. А подлинная фиксация выявляет причину. При подлинной фиксации ты сразу же врубаешься не только в то, что находишься в отрицательном состоянии, но и выявляешь причину этого состояния. Однако такая фиксация оказывается невозможной, если в тебе присутствует чувство важности себя. Потому что очень часто причина может быть весьма болезненной для чувства важности себя.
И поэтому борьба с важностью, точнее, выявление важности, выявление ее абсурдности, выявление ее... препятственности, что ли, осознание того, что важность мешает тебе во всем, - выявление ее необходимо для того, чтобы стала возможной такая фиксация. Стало возможным это наблюдение себя с выявлением причин... А выявление причин - единственный путь к их устранению. Это именно путь, поскольку причины не могут быть устранены в истерическом порыве, - мол, выявили причину и тотчас ее вырвали. Причины так не устраняются.
Ты как-то проиллюстрировал ситуацию при помощи табуретки: все, что происходит в сознании, - здесь на табуретке; а там под табуреткой, в подсознательном, таятся его корни. Действительно, это так. И эти корни устраняются наблюдением, осознанием корней. При этом ты постоянно выносишь корни на свет сознания, постоянно сталкиваешься с ними в сознании. То есть они действительно в подсознании, но один раз их выявив, ты можешь уже сознавать их, а можешь и не сознавать... Hо ты можешь сознавать их, ты можешь выносить их на свет сознания. Конечно, это трудно и зачастую неприятно. Однако единственный путь к избавлению от корней это хроническое выставление их на свет, хроническое перекопывание, прополка подсознательного.
А это возможно только в том случае, если идет работа с чувством важности себя. Важность должна исчезнуть для того, чтобы появилась возможность выяснять причины; а выяснять причины нужно для того, чтобы можно было устранить их.
И таким образом ты сможешь действительно избавится от отрицательных эмоций. Это единственный путь к избавлению от них...
"Проявление отрицательных эмоций представляет собой прежде всего упражнение для переживания важности себя". То есть эмоции тебе проявлять можно и даже нужно, - но лишь в том случае, если благодаря этому ты можешь пережить важность себя.

Ты пишешь: "Ведь скрывать-то мне особенно нечего". (Хохочет.) Я тут написал "ха-ха". Скрывать-то тебе особенно нечего. Ты постоянно пытаешься казаться лучше, чем ты есть, и боишься, что тебя посчитают хуже, чем ты есть. А тут ты пишешь, что, понимаешь, "скрывать-то нечего". Такой открытый чувак...
Чем ценны эти отчеты, и почему я призываю тебя к этому автоматическому письму, - тут проявляется вся абсурдность самопотакания, самооправдания, всей этой баланды, в которой ты варишься постоянно. И вот через осознание этой абсурдности ты... Понимаешь, единственный способ избавится от этого, это проникнуться к нему отрицательной эмоцией. Чтобы тебе стал противен сам способ этого твоего внутреннего существования. Этого постоянного самооправдания и постоянного поиска щелей, куда можно было бы спрятаться, забиться, и чтобы все было там клево.
Ведь когда говорится о самореализации, о расширении сознания, расширении самосознания, подразумевается выход за рамки личности. Выход на какие-то более широкие уровни восприятия. А за счет важности это личностное начало только упрочивается, только нарастает эта корка, которая отделяет тебя от других и от мира, не дает тебе увидеть его и жить в нем.
Hа каждом уровне раскрываются какие-то новые формы важности, о которых ты ранее не подозревал. Hапример, можно стать очень важным в результате избавления от важности. Короче говоря, должна возникнуть подсознательная установка на выявление и избавление... Твоя важность должна вызывать в тебе отрицательную эмоцию.
... - И как же ты ее понимаешь?
- Как я ее понимаю... Hу, как нечто воображаемое... Как чувство... или желание показать себя лучше..., чем ты есть на самом деле.
- Что ж, для начала неплохо. Звучит неплохо. Замечу, впрочем, что чувство важности можно испытывать и по поводу того, каким ты есть "на самом деле".

- Да, я не фиксирую размышлений, но записываю ключевое слово с тем, чтобы восстановить затем по нему всю цепочку.
- А это не всегда удается. Цепочку нужно хватать, пока она есть. Потому что процессы, связанные с появлением нового знания, очень тонки. Когда ты прочитал, скажем, какую-то книгу, или что-то с тобой случилось, или после какого-то разговора ранее существовавшее знание приняло какие-то новые формы, родилось что-то новое и так далее, - все это очень тонкие процессы, и их надо сразу улавливать. Потому что они появляются и исчезают, как сон. Или как ветер... Вот оно было, и вот его уже нет, лишь слабое воспоминание. Ищи ветра в поле...
Задача состоит в том, чтобы научиться использовать силу этого ветра. Для начала, однако, необходимо научиться его хотя бы улавливать, чувствовать. Этому и служит практика письменной фиксации или опредмечивания мысли. По существу, это алхимическая практика.
Итак, необходимо научится сразу же их улавливать и быстренько... придерживать. Hо тут тоже есть одна тонкость. С одной стороны, нужно не придержать их слишком рано: придерживая поток творческого мышления, ты его останавливаешь. Фиксация останавливает поток нового. С другой стороны, их надо придерживать не слишком поздно. Поскольку тогда они рассеиваются как дым, едва ты садишься их записать.
Hаучиться улавливать и опредмечивать поток творческого мышления очень трудно, особенно поначалу. Hо это совершенно необходимо. В результате постоянного опредмечивания творческого мышления, во-первых, устанавливается постоянный контакт с надсознательными творческими сферами. Во-вторых, возникающие в результате такого опредмечивания тексты открывают возможность для произвольного выхода на породившие их уровни: читая текст, ты "распредмечиваешь" его и возвращаешься на те уровни, откуда он в свое время пришел. А это дополнительно укрепляет канал связи. В полной мере эту функцию для тебя могут выполнять лишь твои собственные тексты.
Ценность фиксируемых тобой "размышлений" не имеет никакого значения. Целью данной практики служат не они сами, а установление связи с их источником. Поначалу ты будешь в лучшем случае открывать Америки через форточку... Затем, глядишь, действительно что-то откроешь. Однако задача состоит не в "открытиях", а прорыве к творчеству как таковому, прорыве к источнику нового. Это творчество совершенно необходимо для живой, действительной реализации. "Открытия" же - лишь цветы у дороги.

Как бы там ни было, для начала необходимо выявить наличие этого наблюдателя, неизменного и присутствующего во всех и любых состояниях. Свидетеля состояний. Это уже само по себе представляет сложную и очень большую задачу - выявление Пуруши в качестве наблюдателя.

- Да, в танце вырабатывается способность к отключению от цензора-сознания в экстремальных ситуациях, с которыми он не может справится. Чтобы случился танец, мыслить музыку бесполезно, ее надо чувствовать спинным мозгом. Hужно выявить, обнаружить язык своего тела, позволить ему выразить себя, дать ему слово.
Когда ты выявишь язык своего тела и станешь наблюдать характер своей двигательной активности ты лучше узнаешь себя. Я уже говорил, что двигательная активность - это язык тела. Hо это язык не только тела. Это язык твоего целостного существа, которое хочет сказать тебе правду. Тело говорит только правду. И заставить его врать очень нелегко. Врать телом - это больше искусство, магическое искусство. Это подлинная Майя, "мастерство обмана", Сиддха, доступная лишь хорошим актерам. В этом профессиональные актеры сродни факирам.
Так вот, совершенствуясь в танце, то есть освобождаясь от власти внешних, заученных, усвоенных, короче говоря, заимствованных извне в готовом виде двигательных стереотипов, ты даешь выход глубинным двигательным стереотипам, которые и составляют язык твоего тела. Собственно говоря, это уже не просто двигательные стереотипы. Язык тела - это язык не только тела. Тело являет не только присущие ему двигательные стереотипы, но и стереотипы эмоциональные, интеллектуальные, мотивационные... Можно сказать, что глубинные, внутренние, порождаемые самим телом двигательные стереотипы представляют собой интегральное выражение жизненного опыта индивида. Они выражают опыт, закрепленный в его теле, сознании, подсознании, надсознании и так далее. Они рассказывают о том, что с ним случилось и что с ним стало.
Тело говорит все время, тело говорит постоянно, но голос у него очень тихий. Танец усиливает его, делает очевидным, - разумеется, речь идет о свободном танце того типа, который ты практикуешь. Ты просто позволяешь телу свободно двигаться... в соответствии с заданной музыкой. Этим и отличается свободный танец от "хаотической медитации", и это делает его гораздо более похожим на жизнь.
В жизни наши тела танцуют жизнь: движутся согласно мелодии и ритму, заданному жизнью... Индусы вообще рассматривали жизнь, как космический танец Шивы. Свободный танец - это упражнение в жизни. Тебе кажется, что ты учишься танцевать... В действительности же ты учишься жить... Впрочем, следует уточнить это словосочетание: "учиться танцевать". Можно подумать, что задача состоит в том, чтобы научиться танцевать каким-то особенным образом. Что так-то танцевать - правильно, а так-то - неправильно. Ерунда... В данном случае учиться танцевать - значит учиться приводить свое тело в согласие с заданными мелодией и ритмом. Овладеть танцем -это значит позволить телу в совершенстве выражать заданную мелодию и ритм единственно ему присущим способом. И как нет двух одинаковых тел, не может быть и двух одинаковых танцев.
Итак, свободный танец - школа жизни, школа эффективного спонтанного существования. Учишься танцевать - учишься жить. Танец жизни, конечно, гораздо более незаметен... и гораздо более сложен. Поэтому нужно работать, работать и еще раз работать.
Для начала необходимо научится позволять телу двигаться, а не просто им двигать. Уже одну эту способность можно совершенствовать бесконечно. Собственно говоря, танец представляет собой сакральное действие, цель, а не средство. Осознать это, впрочем, не так-то просто. Однако на каком-то этапе освоения танца появляется возможность использовать его в качестве средства для достижения иных целей. Танец, например, служит незаменимым средством в деле гармонизации и развития двигательной, эмоциональной и интеллектуальной форм активности. Он может быть использован в качестве инструмента для расширения сознания... В группе он может быть использован как наглядное пособие для демонстрации человеку его чувства собственной важности, а также сковывающего влияния этой важности на все формы его проявлений. Возможны также парный свободный танец, в котором партнеры превращаются друг для друга в нечто вроде зеркала... и так далее.

Мне так сказано было: "Отбивай поклоны, и ты увидишь, к чему надо стремиться". И вот я их отбиваю. Говорю: я больше не могу. - "Дальше!" - Я больше не могу. - "Дальше". Я больше не могу, уже все... И где-то уже просто вырубился и со страхом ждал уже конца, но в этот момент еще был занят этим последним усилием, сверхусилием, и, в общем-то, почувствовал, что сейчас что-то будет, по-видимому, так смерть наступает, - знаешь, как прыжок в неизвестность... и - бам! - такое чувство, что перетекло состояние из одного в другое...
- И тебе были показаны колосья?
- Колосья. Это я четко запомнил.
- Что ж, это хороший образ. Образ зерна, из которого испекают хлеб... Зерно - это очень древний и очень глубокий оккультный символ. Сказано, что зерно, для того, чтобы дать плод, должно умереть. Жизнь обретается ценою смерти зерна. К этому символу прибегают, например, чтобы проиллюстрировать идею так называемого "второго рождения". Умирая, зерно, рождается во второй раз, возрождается в новом облике. Лишь умерев, старое может дать жизнь новому.
В нашем случае именно важность себя не дает пробиться этому новому. Hаоборот, она создает и упрочивает защитную оболочку, призванную хранить старое и не допускать в нем никаких перемен. А преодоление важности себя представляет собой как раз преодоление этой оболочки. Зерну приходится наращивать оболочку, которая защищает его до поры от всяких вредных внешних воздействий; но когда зерно попадает в питательную почву, эта оболочка, напротив, должна быть преодолена. В этом и заключается смысл выявления важности себя: оно ведет к постепенному преодолению сковывающей тебя оболочки.
И потом... зерно не несет цели в самом себе. Оно нацелено всегда на что-то иное. Зерно должен кто-то съесть.

Вопрос "зачем" - это вопрос Шивы. Это вопрос-разрушитель. Очень многое из того, чем мы занимаемся в жизни, не выдерживает подобного вопроса. Мы не можем ответить. А если и можем, то это такие малоприглядные ответы, что лучше их спрятать подальше.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 12, 2017 4:42 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко - Европейские психические культуры

ЕВРОПЕЙСКИЕ ПСИХИЧЕСКИЕ КУЛЬТУРЫ
АНТИЧНОСТЬ И ХРИСТИАНСТВО
Глава из "Очерков эзотерической психологии эпохи развитого социализма"

речь пойдет о проблемах психической культуры, целенаправленного культивирования определенных форм психической деятельности человека.

Платон усматривал свою задачу не только в том, чтобы возвестить о существовании новых объектов восприятия – идей, – но и в том, чтобы обратить людей к самостоятельному созерцанию этих объектов. Чтобы поколебать стены темницы сиюминутного существования человека, потревожить его благополучную помраченность, посеять в нем чувство не использованных возможностей, пробуждать у читателя "любовь к мудрости", вдохновлять его к выходу на путь самостоятельного приобщения к подлинному бытию и подлинному знанию.
Путь этот виделся Платону как путь произвольного умирания, произвольного отделения души от тела, обращения ее ввысь и последующего вознесения к занебесной области, "полю истины", обители подлинного бытия. Выражение "отделение души от тела" в данном случае описывает психологический процесс отвлечения чувств от внешних объектов – прорыва сквозь чувственно-воспринимаемый ("дольний") мир вещей к умопостигаемому ("горнему") миру смыслов, конституирующих чувственную определенность этих вещей, – и последующего погружения ("вознесения") в этот внутренний, эзотерический мир, заслоненный от нас миром внешним, профанным. Философ должен учиться созерцать идеи все более высокой степени отвлеченности вплоть до той запредельной миру идей "идеи идей", которая присутствует в каждой из них и, пронизывая их множественность, объединяет в единое целое. Иными словами, Платон полагал, что задача философа состоит в восхождении к единому, сокрытому многим. Это единое подлинное бытие пребывает выше познания и существования, будучи причиной истинного знания, источником становления всех вещей и идей; оно есть подлинная цель стремления всех существ, истинное благо. Тот, кому неведомо это благо, по словам Платона, "проводит нынешнюю свою жизнь в спячке и сновидениях, и, прежде чем он здесь пробудится, он, придя в Аид, окончательно погрузится в сон".
Я так подробно остановился на Платоне, потому что считаю его основоположником античной психической культуры, традиции культивирования "ума". Платон совершил великую познавательную революцию, обнаружив, что, за внешним миром скрывается мир внутренний, "занебесный", законы которого детерминируют познание мира внешнего.
Созерцанию идей Аристотель предпочел мыслительные операции с понятиями, заявив, что Бог есть мышление о мышлении, чистое мышление, предмет которого – его собственная деятельность
Платон полагал, что все люди изначально стремятся к благу: все они чувствуют, что им чего-то недостает, и что это "что-то" есть благо. Но поскольку им не хватает сил понять, чтó есть благо, они направляют свое стремление ко всякого рода "благозаменителям". Следовательно, проблема состоит в том, чтобы разъяснить людям, что есть истинное благо.
"В том, что познаваемо, идея блага – это предел, и она с трудом различима, но именно на нее должен взирать тот, кто хочет сознательно. Именно она есть то самое важное знание, без которого все остальные, сколь бы обширными они ни были, не пойдут нам на пользу ".
К уму и умопостигаемому миру благо относится так же, как Солнце относится к зрению и зримому миру: познаваемым вещам оно придает истинность, а человека наделяет способностью познавать, само не будучи ни истиной, ни познанием. Не будучи ни правильным, ни прекрасным, оно есть причина всего правильного и прекрасного. Наделяя вещи существованием, благо не есть существование, оно – за пределами существования, "превышая его достоинством и силой". Благо есть полнота бытия, подлинное бытие, Единое, тогда как все сущее – это не подлинно самодовлеющее бытие, а становление, вечно стремящееся к завершенности, полноте, благу.

Большинство богословов как раз растворяли дух в душе, принимая "двухсоставную" (тело-душа), а не "трехсоставную" (тело-душа-дух) модель человека, – хотя и у последней всегда были сторонники, начиная с новозаветных авторов, учеников Христа; в наше время ее сторонниками были, например, патриарх Сергий (Старогородский) и архиепископ Лука (Войно-Ясинецкий).
Таким образом, на вопрос, что христиане называли духом, нельзя ответить однозначно.
Можно было бы, конечно, попытаться выяснить, что христиане должны называть духом, то есть которую из существующих точек зрения на природу духа следует признать "самой христианской"; но это именно чисто христианская, внутрикультурная проблема. Меня в данном случае интересует не самоописание культуры, не история культуры, преломленная в призме ее наличного самосознания, – меня интересует логика смены культурных парадигм. Для реконструкции этой логики не только возможно, но желательно принимать в расчет лишь Священное Писание, абстрагировавшись от Священного Предания как продукта более позднего культурологического синтеза.
В глазах просвещенных граждан империи история распятого провинциального мессии, история сама по себе банальная, отличалась от прочих разве что откровенностью шитья белыми нитками и незамысловатостью кроя: будучи якобы Сыном Бога, рожденным, как и положено, от непорочного зачатия, Спаситель сочетал в себе качества иудейского козла отпущения ("агнца искупления") и одного из тех восточных божеств, что воскресают из мертвых; не случайно первые христиане говорили о себе, что "сделались позорищем для мира, для Ангелов и для человеков" (1Кор 4:9).

Вы спрашиваете, не подменяю ли я дух человеческий Духом Господним, когда говорю, что сила духа, согласно христианским воззрениям, обитает лишь в тех людях, которые стремятся к Богу. Действительно, христиане различали эти два духа. Подобно грекам, которые "удваивали" ум, постулируя существование космического Ума, христиане удваивали дух, постулируя существование Святого Духа. Вместе с тем дух человека имеет самое непосредственное отношение к Духу Господню.
Согласно тексту Ветхого Завета, "создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни ("вдохнул в него дух жизни" – Прем 5:11), и стал человек душею живою" (Быт 2:7). Дух человека есть несотворенный элемент его состава, непосредственное представительство Святого Духа, изустно "вдутая" в прах земной искра Божия. Как я уже говорил, благодаря ей человек причастен подлинному бытию, истине и благу; но искра эта еле теплится, представляя собой скорее возможность, нежели действительность дарованных человеку богоподобных способностей быть, понимать и любить. Поэтому хотя и говорится, что "тело без духа мертво" (Иак 2:26), апостол говорит также о людях, не имеющих духа (см. Иуд 19), – практически не имеющих, как сказали бы мы сегодня.
Причем возжигание искры духа – такой же свободный, незаслуженный дар Божий, как и сама эта искра. Человек неспособен не только возжечь ее личным усилием, но и вынудить к тому Бога личными заслугами. Зато он вполне способен угашать ее – или не угашать (см. 1Фес 5:19). Ответственность за судьбу благодатного дара Святого Духа всецело лежит на самом человеке; и хотя благодатная помощь предоставляется всем людям без исключения, далеко не все принимают ее.

Таким образом, дух человеческий представляет собой переменную величину, рост которой обусловлен неким надличным фактором, неподвластным личной воле человека. Христиане назвали этот фактор Святым Духом. В основе христианских представлений о духе лежат тонкие наблюдения за работой механизмов мотивационной сферы психики.
Слава – Постой, постой. Ты говоришь, что дух – "переменная величина", и в то же время связываешь его с "богоподобными способностями" быть, понимать и любить. Способность понимать и любить может быть большей или меньшей, это ясно. Но может ли человек больше или меньше быть?
– Может, если принять во внимание, что речь идет об осознанном бытии. Человек есть в той степени, в какой он сознает это, – сознает, что он есть. Как правило, человек почти не пользуется данной возможностью, сознавая преимущественно процесс взаимодействия с миром вещей, миром становления; самого его в этом процессе как бы нет, он как бы спит, – то есть, с точки зрения "жизни вечной" или полноты существующей у него возможности быть, как бы стоит одной ногой в могиле.
Важно отметить, что ранние христиане противопоставили любовь не только мудрости эллинов, но и закону иудеев. Последние культивировали не боговидение, а богослышание, – не теоретическое, а харизматическое, богооткровенное знание.
Исходя из этого я определил бы "дух, рожденный от Духа", как постоянное представительство сверхсознательного ценностного потенциала на уровне предсознания. Дух есть в принципе различимая оперативная часть ценностного потенциала индивида. Субъективно воспринимаясь как переменная, то есть возрастающе-убывающая величина, дух отличается от Духа существенно меньшей частотой и амплитудой колебаний; однако ценностный потенциал актуализирован в нем столь же интегрально, целостно и нерасчлененно, как в Духе.
Но поскольку ценностный аспект сверхсознания для христианства – основополагающий, дух в Новом Завете рассматривается прежде всего как мотивоорганизующее начало.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Пн Июн 12, 2017 4:46 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко - Краткий очерк западного эзотеризма

Полностью - тут:
http://library.kitez-grad.ru/view_post.php?id=147


Владимир Данченко
КРАТКИЙ ОЧЕРК ЗАПАДНОГО ЭЗОТЕРИЗМА
Глава из "Очерков эзотерической психологии эпохи развитого социализма"

Таким образом, инокультурное знание является отнюдь не мертвым грузом, безразличным для бытия культуры, в рамках которой оно обретает свой эзотерический статус. Вся совокупность инокультурного знания, воплощенного в жизнедеятельности отдельных представителей данной культуры, составляет действительный элемент этой культуры, – ее мутационный фонд.
Жизнь мутационного фонда протекает в значительной степени независимо от жизни культуры как целого, "параллельно" ей; и тем не менее они неразрывно связаны, поскольку первая служит как бы "негативом" второй, – она представляет собой жизнь проблем, неразрешенных этой культурой. Понятным становится неоднозначное отношение культуры к своему мутационному фонду, которое сочетает в себе надежду на "эзотерическое знание"* со стремлением ограничить процессы культурного мутагенеза.
* О том, что надежда эта жива и в наше время, свидетельствует книга Ю.М.Шейнина "Потенциал разума". По мнению автора, в преодолении нынешнего кризисного этапа развития человечества не последнюю роль должны будут сыграть компьютеры нового поколения и... эзотерические знания.
Но времена меняются, и если очередной мутант, порожденный эзотерическими недрами культуры, оказывается более приспособлен к изменившимся историческим условиям, нежели наличные культурные формы, он начинает размножаться и постепенно вытесняет последние, невзирая ни на какие искусственные "ограничения рождаемости" и "профилактические отстрелы". Процесс такого "размножения" представляет собой не что иное, как процесс экзотеризации эзотерического знания.
Итак, образование пространственно-временной сети межкультурных связей, составляющих основу мутационного фонда, значительно повышает пластичность, "выживаемость" культуры как целого, создает предпосылки для непрерывности ее развития, связанного с возникновением более высокоорганизованных ее форм, способных, в свою очередь, обслуживать функционирование более высокоорганизованных человеческих сообществ. Ярким примером экзотеризации инокультурного эзотерического знания может служить формирование христианской религии, пришедшей на смену языческим мифам, которые оказались не в состоянии выполнять роль "идеологического связующего" многоязычных сообществ с централизованным государственным управлением.
Между тем монотеистическая доктрина, создававшаяся первоначально для решения задач, принципиально отличных от задачи формирования массового сознания, оказалась внутренне противоречивой. Эзотерические жреческие знания, составлявшие ее основу, сводились вкратце к тому, что у человека имеется возможность постичь свое сущностное единство с Истоком всего сущего; и первой ступенью на пути к этому постижению является праведная жизнь, то есть жизнь в соответствии с определенными нормами, правилами.
Таким образом, моральное поведение здесь рассматривается как средство для чего-то иного, – в конечном счете, для слияния с Истоком.
Однако в масштабах общества развитие и функционирование до последнего времени были процессами в значительной степени антагонистичными: функционирование предполагает неизменность социальной структуры, а развитие – ее изменение. Развитие "вносит смуту", "подрывает устои", – нарушает покоящееся, равновесное состояние системы. Вместе с тем, монотеистическая доктрина религиозной идеологии неявно предполагает возможность постижения человеком своей нераздельности с Богом, то есть именно изменения наличного уровня своего сознания, связанного с чувством обособленности, "отпадения".
И отдельные лица, выросшие в религиозной атмосфере, всецело ее в себя впитавшие, использовали эту неявную возможность. Так возник хасидизм, исихазм, суфизм, разнообразные мистические ордена, школы, секты и т.п. Зная, насколько сложен процесс духовного развития, и какие на этом пути от человека требуются жертвы, эзотерики сознавали, что жестоко было бы вынуждать к нему тех, кто не предрасположен к развитию. Было бы жестоко даже информировать их о существовании удивительных возможностей, которыми они не в силах воспользоваться. Поэтому заповедь религиозного эзотеризма гласит: "Не искушай малых сих". Берегите сны ваших братьев.

*  *  *
Химия, экзотеризировавшаяся, в отличие от многих других наук, сравнительно недавно, прекрасно иллюстрирует тот факт, что всякое эзотерическое знание представляет собой лишь зерно некоего будущего знания, которое может действительно актуализировать свои потенции только на почве общественной практики, когда в развитии этого знания начинает принимать участие значительное число людей, и когда процесс общения между ними, мощно стимулирующий творческую активность, принимает действительно общественные масштабы. Чтобы это произошло, должны созреть соответствующие условия, должна быть подготовлена соответствующая почва, на которой могло бы прорасти зерно эзотерического знания. Так, знания о "превращении" вещества оставались эзотеричными до тех пор, пока возможность подобного "превращения" не обрела значимость в общественном масштабе. Но едва эти знания вышли на поверхность, как тут же обнаружилось, что секреты посвященных – лишь зачаток чего-то нового. Алхимики вряд ли могли представить, какую важную роль будут играть процессы превращения вещества в обществе будущего.
С другой стороны, пример той же алхимии показывает, что на всех этапах истории существуют такие формы знаний, освоить потенции которых общественная практика оказывается не в состоянии, вследствие чего знания эти остаются достоянием частных лиц. Алхимия занималась проблемами "превращений" не только природного вещества, но и души человеческой; и эти знания о выявлении и использовании, как теперь говорят, "резервных возможностей человека" остались эзотеричными именно по той причине, что были безразличны для функционирования общества в целом: по-настоящему они интересовали лишь отдельных индивидов.

Эзотерическим мы называем знание, которое фиксирует опыт отношений человека с миром, не освоенный общественной практикой.
освоению качественно новых диапазонов отношений с миром предшествует экзотеризация, освоение знания, фиксирующего опыт подобных отношений, обретенный отдельными индивидами.
Таким образом, знание определяется как "эзотерическое" не по его содержанию, а по его статусу – "статусу неосвоенности". Содержание эзотерического знания изменяется от века к веку, тогда как статус остается неизменным.
Так, ввиду общественной неосвоенности опыта, фиксируемого эзотерическим знанием, последнее остается в значительной степени скрытым от взора общественности ("толпы") независимо от того, скрывают его эзотерики или нет: для наличных форм общественной жизни знание это либо вредно, либо безразлично.
Будучи социально индифферентным, эзотерическое знание остается преимущественно эмпирическим, теоретически неразработанным. Фиксируемые им причинные связи получают произвольное, "фантастическое" объяснение, даваемое либо безотносительно к наличной системе объяснительного знания, либо путем механического заимствования и эклектического соединения некоторых ее элементов. Интригующий ореол, который во все времена окружает эзотерику, обусловлен не чем иным, как необходимостью создавать и поддерживать интерес общественности к столь неубедительно обоснованному, да и вообще ненужному ей знанию, – причем поддерживать этот интерес приходится в течении столетий и тысячелетий.
Отсюда понятным становится некритическое отношение основной массы эзотериков к предмету своего интереса как несомненно "истинному", а также их пренебрежительное отношение к наличному уровню господствующих представлений; без такого отношения они вряд ли смогли бы осуществлять задачу сохранения знания, объективные критерии истинности которого отсутствуют. Действительно, с точки зрения вечности "мудрость века сего" есть безумие. С другой стороны, как учит история, "новое" всякий раз оказывается хорошо забытым "старым"; и не исключено, что те элементы эзотерического наследия, которые представляются нам сегодня с научной (подобно тому как вчера – с религиозной) точки зрения совершенно нелепыми, завтра (через тысячу лет) могут восприниматься иначе.

*  *  *
В отличие от рационалистической концепции, которая обращается к самой себе и делает самое себя своим предметом, идеология обращается к человеку, – обращается к нему со страстным призывом, а не с логическим обоснованием собственной истинности. Рационализированные варианты идеологии становятся достоянием самих идеологов, но не широких масс, не имеющих ни достаточной подготовки, ни времени, ни желания разбираться в хитросплетениях отвлеченной аргументации.
Короче говоря, теологический рационализм неспособен был осуществлять идеологическую функцию формирования религиозного мировоззрения в общественном масштабе, а по общедоступности не выдерживал конкуренции с рационалистической критикой религии.
Формирование мирового рынка, расширение и интенсификация товарообмена с неизбежно сопутствующим ему обменом идей, все это дало начало процессу глобального взаимопроникновения культур и положило конец этапу их изолированного развития. Едва заметный прежде ручеек инокультурного знания превратился в бурный поток культурного экспорта, вследствие чего Запад оказался буквально затоплен "восточной мудростью". Благодаря доходчивости, популярности экспортной продукции для широких слоев "ищущей" западной публики стало очевидным многообразие культурных форм развития отношений человека с миром, – многообразие, которого уже не мог вместить в себя никакой религиозно-конфессиональный эзотеризм, оказавшийся лишь одной из этих форм.
Поскольку роль анархической тенденции вполне сознавалась теми, кто действительно посвятил себя развитию отношений с миром, данной тенденции изначально противостоит синтетическая тенденция: развитие внецерковной духовной культуры изначально осуществлялось под лозунгом стремления к "эзотерическому синтезу", способному объединить всю совокупность разноречивых духовных учений в единую общечеловеческую духовную культуру, способную идеологически обеспечить развитие планетарного сообщества как единого целого.
Первыми попытались разрешить проблему синтеза теософы: они попытались разрешить ее путем отрицания существенности существующих различий. Теософы полагали, что в сущности все учения верны, поскольку различными словами говорят об одном и том же. Но последователи "синтезируемых" учений пояснили, что теософы попросту не понимают существа различий; да и само отрицание различий представляет собой еще только антитезис, а не синтез, отрицание отрицания.
Следующий шаг на пути к синтезу был связан, с одной стороны, с углубленным освоением инокультурного опыта, а с другой, с развитием психологии, возникновение которой в середине прошлого века отразило возникновение общественной потребности в объективном изучении психики человека. Все большее число добросовестных западных исследователей обретало опыт непосредственно "на местах", осваивая инокультурную теорию и практику духовного развития в ее оригинальном, а не миссионерском варианте, полученном из вторых или третьих рук. При этом они столкнулись с новым аспектом эзотеризма: отдельные элементы духовной практики остаются скрытыми по той причине, что в рамках культуры, эмпирически выработавшей данную практику, отсутствуют теоретические средства их фиксации. Исследователи обнаружили вместе с тем, что развитие концептуального аппарата современной психологии позволяет отфиксировать по крайней мере некоторые из этих элементов. Ряд авторов склоняются к мысли, что язык психологической науки способен служить универсальным языком описания многих аспектов традиционной духовной проблематики, – аспектов, с необходимостью затрагиваемых различными учениями.
Достигаемые в процессе такого развития "пиковые переживания" подобны высотам Вавилонской башни; достигшие их видят одни и те же чудесные дали, но не могут договориться о кирпичах и растворе, ибо говорят на разных языках.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Пт Июл 14, 2017 6:55 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Данченко - Психологический механизм духовного развития и проблемы духовной практики

Полностью - тут:
http://detectivebooks.ru/book/6718073/?page=1

Владимир Данченко
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ МЕХАНИЗМ ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ И ПРОБЛЕМЫ ДУХОВНОЙ ПРАКТИКИ
Главы из "Очерков эзотерической психологии эпохи развитого социализма"
Эзотерическая психология: методологические предпосылки содержательного синтеза Проблемы духовной практики
Первый шаг: Честное Самопроявление

ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОДЕРЖАТЕЛЬНОГО СИНТЕЗА

...Действительная же задача эзотерического синтеза состоит именно в том, чтобы СНЯТЬ ТЕОРЕТИЧЕСКУЮ МНОГОАСПЕКТНОСТЬ представлений о духовном развитии, зафиксированных в многочисленных текстах, которые создавались на протяжении всей письменной истории человечества. Задача эта может быть осуществлена лишь путем СОДЕРЖАТЕЛЬНОГО СИНТЕЗА, - то есть синтеза содержания различных учений о духовном развитии.
Ближе всех к осуществлению идеи содержательного синтеза подошли Г.И.Гурджиев и П.Д.Успенский, указывавшие, что в основе всех философских, религиозных, оккультных и т.п. учений о духовном развитии лежат различные системы психологических знаний о принципах и методах такого развития. В самом деле, предмет всех этих учений един - духовное развитие человека; а духовное развитие действительно можно рассматривать как специфическую форму психического развития. Таким образом, внутреннюю, "эзотерическую" сторону различных духовных учений составляют различные психологические системы воспитания и самовоспитания (системы "психической культуры"), называемые также школами эзотерической психологии или просто эзотерическими школами.

Создается впечатление, что действительно существующие между этими школами различия психологического порядка обусловлены не чем иным, как различной степенью осознания и целенаправленного использования какого-то единого психологического механизма, лежащего в основе процесса духовного развития, и, подобно самой психофизиологической структуре человеческого организма, относительно мало подверженного модификациям со стороны культурных факторов, - механизма, общего для людей всех времен и эпох. Различные эзотерические школы понятийно фиксируют и теоретически разрабатывают различные группы функциональных блоков этого механизма, чем и объясняются существующие между ними различия.
Приняв гипотезу о существовании ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО МЕХАНИЗМА ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ, можно попытаться выделить из наличного массива эзотерических знаний ряд понятийно зафиксированных блоков указанного механизма, число которых было бы необходимым и достаточным; последнее предполагает, что все выделенные блоки функционально между собой связаны и представляют средоточия важнейших практических и теоретических проблем духовного развития, явно или неявно затрагиваемых всеми историческими школами эзотерической психологии. Таким образом, система функциональных блоков психологического механизма духовного развития составила бы в то же время и СИСТЕМУ КАТЕГОРИЙ ЭЗОТЕРИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ своеобразных "узлов" понятийно сети, охватывающей всю совокупность знаний о принципах и методах духовного развития, обретенных к настоящему моменту человечеством. Выделение системы категорий знаменовало бы завершение "школьного" этапа развития эзотерической психологии и начало нового этапа ее развития в качестве единой науки.

* * *
Далее мы попробуем выделить ряд традиционно зафиксированных функциональных блоков психологического механизма, посредством которого осуществляется процесс духовного развития человека.
Начнем с констатации того факта, что у человека нет необходимости развиваться духовно. Определяя духовное развитие как превосхождение социально-нормативного ("взрослого") уровня отношений человека с миром, мы можем рассматривать его как высшую форму сверхнормативной активности, проявления способности человека подниматься над уровнем нормативных требований; наиболее очевидным примером сверхнормативной активности служит творческая, революционно-преобразующая деятельность. Специфика духовного развития как высшей формы сверхнормативной активности состоит в том, что оно не может быть непроизвольным. Не обладая духовным стремлением, не будучи мотивирован к духовному развитию, человек неспособен и развиваться в данном направлении. Неслучайно поэтому духовное СТРЕМЛЕНИЕ полагается всеми школами эзотерической психологии в качестве несущего стержня духовного развития.

Стремление не может быть беспредметным, это всегда стремление к чему-то, к какой-то цели. Все школы эзотерической психологии единодушны в том, что целью духовного стремления есть ПОСТИЖЕНИЕ человеком своей подлинной сущности и своего подлинного места в мире: постижение "высшего Я", постижение своего единства с Абсолютом, постижение себя нераздельным с Богом, постижение своей слиянности со Вселенной, постижение себя в качестве Пустоты или не имеющим качеств, постижение того, что меня нет и т.д. Несмотря на различие формулировок этих и тому подобных традиционных определений, все они связывают акт постижения с неким изменением самосознания, а именно - с выходом за рамки ординарного, личностного уровня самосознания, на котором "я" безусловно противостоит "всему остальному" (человек - миру, личность - обществу и т.д.).

Важно отметить, что основополагающая для эзотерической психологии идея возможности постижения надличностных уровней самосознания, - идея трансперсонализации, - служит в настоящее время и основным камнем преткновения на пути научного освоения донаучных представлений о принципах и методах духовного развития. Поскольку традиционным объектом психологии является психика нормального, а не "сверхнормального", превзошедшего личностный уровень самосознания человека, все отклонения от этого уровня здесь склонны относить к разряду компенсаторных реакций и патологических симптомов.
Исходя из бытующего сегодня определения самосознания в широком смысле как "системы высшей саморегуляции" человеческого поведения [2], духовное развитие представляется не чем иным, как развитием этой "системы", сознательным повышением уровня ее организации. Это рискованный процесс, действительно связанный с возможностью расстроить "систему", нисколько ее не улучшив; вместе с тем история человечества свидетельствует, что такая возможность - не единственная, и что превосхождение личностного самосознания может способствовать значительному повышению социальной эффективности личности. Признание принципиальной возможности развития "системы высшей саморегуляции" предполагает и более внимательное отношение к историческому опыту такого развития, обретенному человечеством, к эзотерическому наследию, - в частности, к идее трансперсонализации самосознания, то есть становления качественно новых форм "высшей саморегуляции".
Разумеется, человеческое существо не исчерпывается самосознанием. У него имеется тело, а также ряд психических "инструментов", посредством которых осуществляются основные формы взаимодействия человека с миром. Традиционно объединяемые в эзотерической психологии общим термином "низшая природа" человека, они представляют собой основное препятствие духовному росту: "мирские" стереотипы активности "низшей природы" мешают как постижению, так и утверждению человека в надличностных уровнях самосознания. Различные школы теоретически фиксируют различные элементы "низшей природы", однако все они говорят о необходимости ее ПРЕОБРАЖЕНИЯ, то есть превращения из противника в союзника в проводник постижения, привносящий свет в повседневную жизнь.

Ни постижение, ни преображение не приходят сами собой; одного лишь стремления для этого недостаточно, - для этого нужно что-то делать. Все школы эзотерической психологии согласны в том, что человек, стремящийся к духовному развитию, должен заниматься духовной ПРАКТИКОЙ, то есть осуществлять какие-то целенаправленные действия, упорядочивающие процесс его жизнедеятельности определенной программой, - например, упражняться в сосредоточении внимания или его рассредоточении, танцевать или молиться, честно самопроявляться, работать с Чакрами или практиковать недеяние и т.д. и т.п.
Стремление, постижение, преображение и практика представляют собой четыре традиционные категории эзотерической психологии, в явной или скрытой форме используемые всеми ее школами. Они не всегда явны в том смысле, что не всегда выступают в приведенных выше формулировках. Но человек не сможет продолжительное время заниматься духовной практикой, не обладая соответствующим стремлением, вне зависимости от того, осознает ли он наличие стремления или нет. Духовное развитие всегда связано с постижением себя в некоем новом качестве, хотя описывать его человек может различно. Если же человек действительно духовен, то духовен не только в трансе, но и во всех своих повседневных отношениях с миром, - а это невозможно, если его "низшая природа" не преображена; верно и обратное если "низшая природа" остается не преображенной, то духовное развитие сводится к развитию способности входить в трансовое состояние. И, наконец, процесс духовного развития вообще оказывается невозможным, если человек не предпринимает для этого никаких целенаправленных усилий, пренебрегает духовной практикой.

Таким образом, все четыре традиционно зафиксированные блока необходимы; однако достаточны ли они для описания рассматриваемого механизма? Способны ли они теоретически воспроизвести процесс духовного развития, или какие-то его существенные элементы остались незафиксированными? Чтобы выяснить данный вопрос, нам придется рассмотреть, как эти блоки связаны между собой.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Пт Авг 11, 2017 10:23 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

* * *
Как уже указывалось, стремление - это всегда стремление к чему-то; в контексте духовного развития речь идет о стремлении к постижению. Вместе с тем, само по себе стремление не приводит к постижению, - для этого нужно что-то делать, то есть заниматься практикой. Однако именно стремление побуждает человека обратится к практике, и именно благодаря стремлению он продолжает заниматься ею: практика, не подкрепленная стремлением, быстро сходит на нет. Достаточно продолжительная практика приводит в конце концов каким-то образом к постижению, а последнее создает условия для преображения "низшей природы". Поэтому мы можем утверждать, что логически стремление предшествует практике, практика предшествует постижению, а постижение преображению.
В зависимости от исходных мировоззренческих установок конкретных эзотерических школ преображение рассматривается либо в качестве цели духовного развития, наряду с постижением, либо в качестве сопутствующего ему побочного эффекта. В любом случае преображение и постижение относятся к верхнему уровню рассматриваемой системы - уровню целей или следствий. Стремление и практика составляют нижний ее уровень - уровень средств или причин.
Наша задача состоит в том, чтобы выявить, каким образом данные причины вызывают данные следствия, то есть выявить связи между уровнями, а также между блоками каждого уровня.

Ясно, что стремление первично по отношению к практике: человек должен быть мотивирован к тому, чтобы ею заняться. Но далее мы сталкиваемся с традиционным парадоксом, зафиксированным многими школами эзотерической психологии, парадоксом невыводимости постижения из практики и недостижимости постижения вне практики. Поскольку же постижение логически предшествует преображению, сказанное относится в равной степени и к преображению. С одной стороны, постижения и преображения невозможно достичь непосредственными целенаправленными усилиями, с другой, - постижения и преображения невозможно достичь и путем отказа от усилий. Этот центральный методологический парадокс эзотерической психологии может быть назван "парадоксом духовной практики". Лишь на пути разрешения данного парадокса можно установить причинные связи в системе функциональных блоков психологического механизма духовного развития.
Человек неспособен достичь чего-либо, не прилагая к тому усилий, - постижение, равно как и преображение, не составляют в этом смысле исключения; но роль усилий в их достижении неоднозначна. Развитие стихийного осмысления проблем духовного роста привело в наше время к постановке парадоксального вопроса о том, имеет ли практика в любых ее существующих и возможных формах какое-либо отношение к постижению вообще. Ведь человек может целенаправленно изменить в себе только то, что ему известно, и достичь лишь того, о чем знает. Однако человек не может знать, в чем состоит постижение, поскольку постижение связано с изменением его самого, а не чего-то по отношению к нему внешнего. Постижение - это не просто "пиковое переживание", не "измененное состояние сознания", которое может быть отрефлексировано и описано, - это он сам, "свидетель состояний", субъект рефлексии в некоем новом качестве. Выражение этой сферы психического опыта доступно лишь языку поэзии и логических парадоксов.

Согласно основной идее эзотерической психологии, мы (не "наше я", а именно мы сами) представляем собой динамический, текучий процесс, который в принципе может развиваться; развитие этого процесса осуществляется в форме качественных скачков, "постижений". Меняясь же качественно, мы неспособны прогнозировать, какими мы станем: происходит всякий раз нечто качественно новое, нечто такое, чего мы не можем себе даже представить. Любые тексты способны предоставить нам лишь какие-то культурно обусловленные интеллектуальные и эмоциональные проекции постижения; однако действительное постижение не исчерпывается только интеллектуальным и эмоциональными изменениями, - оно связано именно и прежде всего с изменением самосознания, изменением "нерефлексируемого субъекта рефлексии". Поэтому постижение всякий раз не соответствует тому "образу постижения", к которому человек стремился в своем воображении, и который был обусловлен его прошлым опытом. Постижение - это качественно новый опыт.
Таким образом, не постигнув, невозможно узнать, в чем состоит постижение. А "того, не знаю чего", невозможно достичь целенаправленными усилиями. Сказанное в равной мере относится и к преображению. Практика, направленная на совершенствование "низшей природы" (развитие тела, психических функций, всякого рода способностей и т.п.) сама по себе может привести лишь к так называемому ее "прославлению", а не преображению.
О постижении неизменно говорится как о таинственном, мистическом событии - оно "даруется свыше", "случается" и т.д. С психологической точки зрения эти и подобные им определения свидетельствуют об одном: постижение - спонтанный акт, не зависящий от воли стремящегося к постижению. И тем не менее, оно "даруется" лишь человеку, который усиленно над собой работает. Постижение каким-то загадочным образом связано с практикой, - более того, достаточно напряженной практикой, которая сама по себе привести к постижению не может. Парадокс состоит в том, что хотя постижение спонтанный, самопроизвольный процесс, подобная спонтанность не достигается праздностью. Но если не практика, то что приводит к постижению?

Фактически, указанный парадокс подводит нас к вопросу об ЭФФЕКТЕ ПРАКТИКИ. В чем должен состоять эффект духовной практики? В рамках собственно эзотерической традиции подобный вопрос не поднимался. Эффективность практики полагалась чем-то само собой разумеющимся: предполагается, что она по природе своей неизбежно должна принести должный эффект.
Однако опыт самодеятельных йогов, применяющих хорошо испытанные временем традиционные формы практики показывает, что традиционность и результативность разные вещи. Традиционная практика вполне может оказаться нереалистичной, не соотнесенной с действительными условиями, возможностями и способностями данного конкретного человека. Сегодня становится вполне очевидным, что для духовного развития требуется не просто духовная практика, а эффективная духовная практика.

Итак, в чем должен состоять эффект практики? В том, что касается "низшей природы", практика дает вполне очевидный непосредственный эффект, позволяя развивать практически все функции организма и психические процессы, а также обретать над ними контроль, управлять ими. Целенаправленные изменения "низшей природы" могут быть определены понятием КОНСТРУКТИВНЫЙ ЭФФЕКТ ПРАКТИКИ. Он создает предпосылки для преображения, но, как уже указывалось, к нему не приводит.
Ввиду его зависимости от характера конкретной практики, конструктивный эффект может быть назван "специфическим". Но кроме специфического конструктивного эффекта, на достижение которого она рассчитана, любая результативная практика дает также менее очевидный побочный эффект, состоящий в подкреплении первичного стремления, первичной мотивации, побудившей человека обратиться к данной практике. Этот неспецифический эффект может быть условно назван ЭНЕРГЕТИЧЕСКИМ ЭФФЕКТОМ ПРАКТИКИ.
Указание на роль энергетического эффекта создает предпосылки для разрешения парадокса невыводимости постижения из практики и недостижимости постижения вне практики. Разрешение этого центрального методологического парадокса эзотерической психологии было бы равнозначно выявлению психологического механизма духовного развития. Поэтому далее мы остановимся на рассмотрении энергетического эффекта практики более подробно.

Что такое практика? Это система целенаправленных деятельностей (упражнений и т.п.), то есть деятельностей. Если рассматривать неизреченное постижение в качестве конечной цели, то задаваемые практикой конкретные цели можно назвать промежуточными. Система таких добровольно принятых человеком промежуточных целей создает в его сознании систему искусственных разрывов между реальным и идеальным, - между тем, что есть, и тем что должно быть. Формируемое таким образом противоречие порождает мотивацию к его преодолению - стремление к тому, что должно быть.
Усилия, которые направлены на достижение этих конкретных промежуточных целей, и сопровождаются непроизвольным сосредоточением на основном, глубинном мотиве, вызвавшем в конечном счете обращение к данной деятельности, подкрепляют последний. Когда стремление, возрастающее в ходе практики, достигает некой "критической массы", происходит спонтанная "цепная реакция", результатом которой является взрыв личностного самосознания и постижение себя в новом - надличностном качестве.
Возникает следующий вопрос: каким образом количественный рост стремления приводит к постижению? Каким образом подкрепление мотивации к выходу за рамки личностного самосознания приводит к действительному качественному изменению самосознания, - изменению?
В рамках данной концепции САМОСОЗНАНИЕ определяется как интегральная регулятивная функция взаимодействия человека с миром. Самосознание в рамках данной концепции соотносится с "я", со "мной", субъектом рефлексии, "незримым зрящим" эзотерической традиции.
Обычно человек не отличает себя от своего "образа-концепции": "мое" при этом отождествляется со "мной", с "я", и противопоставляется "не моему", полагаемому как "не-я". Возникающий вследствие такого отождествления феномен ЛИЧНОСТНОГО САМОСОЗНАНИЯ и осуществляет функцию самоотношения человека к миру.
Формирование духовного стремления представляет собой не что иное, как формирование доминирующего мотива, который, подчиняя себе все остальные мотивации, выступает в роли системообразующего фактора данной регулятивной подсистемы и реорганизует соответствующим образом ее структуру.
Таким образом, блоки стремления, практики и ее энергетического эффекта образуют своего рода "усилительный контур", благодаря которому обеспечивается подкрепление первичного стремления, соответственная перестройка мотивационной сферы и последующее постижение.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
София 1984



Зарегистрирован: 27.08.2011
Сообщения: 5797
Откуда: г. Москва

СообщениеДобавлено: Пн Окт 16, 2017 10:08 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Первые "озарения", ввиду своей непродолжительности сравниваемые иногда со вспышкой молнии, далеким раскатом грома и т.п., оставляют тем не менее неизгладимый след в памяти и стимулируют ряд дальнейших глубинных перестроек в психике, длящихся подчас годами. Вспоминая пережитое, человек утверждается в своем стремлении; он уже не может мыслить себя по-старому; изменяется само его мировосприятие, а также реагирование на конкретные жизненные ситуации; начинается фундаментальная переоценка ценностей и пересмотр смысложизненных ориентаций. Все эти процессы обусловлены образованием второго "усилительного контура", который можно назвать "контуром автоподкрепления".
Постижение на первых порах мимолетно, подобно дуновению ветра: оно приходит и уходит само по себе. Подобное непостоянство обусловлено не "своенравием" постижения, а относительной автономностью регулятивных подсистем, которые, обладая собственными механизмами саморегуляции. Они быстро нормализуют деятельность "отбившегося от стада пастыря" - интегрирующего их самосознания. Что делать с "низшей природой"? Иными словами, в чем должен состоять конструктивный эффект практики? Какова его роль в процессе духовного развития? Каковы причинные связи этого промежуточного блока с блоками верхнего уровня?
Основным препятствующим фактором постижения является самопроизвольная активность "низшей природы", которая, с одной стороны "не пускает" человека в надличностные уровни самосознания, а с другой, дестабилизирует постижение, моментально возвращая человека на личностный уровень. Конструктивный эффект практики, состоящий в целенаправленном изменении "низшей природы", должен обеспечивать не что иное, как условия для стабилизации постижения, - условия, в которых бы неуловимый "звук" постижения мог превратиться в фоновый.
Проблема "низшей природы" возникает вследствие рассогласования целей управляемых подсистем (составляющих "низшую природу") и управляющего "центра" (духовного стремления, соотносимого с ценностно-мотивационной сферой психики). даже сосредоточив в "центре" все необходимые данные о системе в целом, мы можем централизовать лишь функции принятия решений, но не функции их исполнения. Исполнение всегда остается монополией управляемых подсистем.
Положительное разрешение проблемы "низшей природы" осуществляется посредством согласования целей управляемых подсистем и "центра" управления; в качестве конструктивного эффекта практики при этом полагается не угнетение, а РАЗВИТИЕ "низшей природы". Предельным случаем подобного развития становится превращения (трансмутации) "низшей природы" из противника в союзника, в совершенный "проводник" надличностных уровней самосознания.
Трансмутационная стабилизация представляется более развитой формой стабилизации постижения, нежели трансовая. Вместе с тем она соответственно и гораздо более труднодостижима.
Дело в том, что духовная практика, рассчитанная на положительный конструктивный эффект (то есть на развитие "низшей природы", а не на ее подавление), до предела обостряет противоречие между энергетическим и конструктивным эффектом. Это центральное противоречие духовной практики и делает путь духовного развития "узким, подобно лезвию бритвы".
Конструктивный эффект практики достигается в процессе осуществления промежуточных целей (развитие "низшей природы"), полагаемых в качестве СРЕДСТВ достижения конечной цели (развитие самосознания). Вместе с тем в процессе духовной, равно как и любой другой формы практики наблюдается закономерное явление превращения средств в ЦЕЛИ: совершенствование обретаемых в практике навыков (новых способностей и состояний) влечет за собой самоподкрепление этих навыков, то есть усиление стремления к их самоцельному развитию.
Иными словами, конструктивный эффект практики имеет тенденцию превращаться из промежуточной цели в самоцель, отвлекая внимание человека от действительной цели духовного развития. При этом вспомогательная мотивация, порождаемая промежуточными целями, становится доминантной, что вызывает ослабление энергетического эффекта практики и угасание собственно духовного стремления: человек срывается с "лестницы в небо". С другой стороны, конструктивно неэффективная практика неспособна давать и энергетический эффект: более того, она производит именно отрицательный энергетический эффект - эффект фрустрации.

недеяние традиционно рассматривается как необходимый элемент практики: говорится, что не заботиться о своем росте значит обрести золотой ключ к этому росту, что Трансмутация возможна лишь тогда, если в процессе Трансмутации о ней не думать и т.д.
Поскольку же оптимальность соотношения между деянием и недеянием у каждого человека индивидуальна, конкретная духовная практика - это всегда искусство, не поддающееся точному расчету. Вместе с тем "искушения", порождаемые конструктивным эффектом, слишком велики, чтобы слабая (недосамоутвердившаяся) личность могла перед ними устоять, они служат ее естественному самоутверждению, так что духовная практика дает эффект прямо противоположный предполагавшемуся.
О преображении можно говорить лишь в том случае, когда "низшая природа" становится выразителем, "проводником" надличностных уровней самосознания в процессе действительного взаимодействия человека с миром. Преображенная "низшая природа" более не препятствует постижению, но напротив, стабилизирует его.
Преображение - это, по сути дела, трансперсонализация поведения. Таким образом, постижение, трансперсонализация самосознания оказывается не только целью духовного развития; в рамках данного механизма постижение становится также средством преображения.
Будучи сформированной, данная органическая система из шести необходимых и достаточных элементов начинает саморазвиваться. Функции блока практики при этом "берет на себя" сама жизнь, а духовное развитие становится по видимости спонтанным, непроизвольным. В действительности же происходит не что иное, как перестройка старой структурной организации регулятивных подсистем (вплоть до так называемой "трансформации физического тела") под воздействием новых "системных сил" самосознания, - становление новой целостной системы регулятивных механизмов.

* * *
Все, что говорилось и делалось в области эзотерической психологии на протяжении всей истории ее существования, говорилось и делалось фактически для формирования того или иного из функциональных блоков психологического механизма духовного развития. Первый из которых обеспечивает подкрепление стремления, а второй, в конечном счете, - стабилизацию постижения.
Системный анализ традиционных представлений о принципах и методах духовного развития создает предпосылки для содержательного синтеза этих представлений, способного снять их теоретическую многоаспектность, порожденную процессом взаимопроникновения культур, - он упорядочивает "эзотерический хаос", привнося в него ряд ясных ориентиров для будущих исследований традиционных систем духовного развития, а также для последующих конструктивных исследовательских программ по разработке нетрадиционных систем духовного развития, которые бы были действенны в наличной культурно-исторической ситуации.
Заслуживает внимания тот факт, что у истоков всех упомянутых движений духовного культурологического синтеза стояли наши соотечественники.
_________________
Не важно, что написано.
Важно, как понято.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать дискуссию   Ответить на тему    Список форумов Форум Для ТЕБЯ -> Нехристиане и христиане Часовой пояс: GMT
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 3 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB

=>

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (11)






Рейтинг от Каталога <Светильник> Маранафа - Библия, каталог сайтов, христианский чат, форум
Rambler's Top100 Rambler's Top100 AllBest.Ru
Каталог христианских ресурсов Для ТЕБЯ

ООО Упаковочные решения: лазерный маркиратор, аппликатор и этикетировщик, паллетайзер, заклейщик гофрокороба скотчем.




Rambler's Top100 Православие